Читаем Творцы миров полностью

Орки выметнулись довольно неожиданно, словно научились прятаться за толстыми деревьями. Я начал быстро стрелять из лука, скорость я поставил себе пятикратную, руки только мелькают, орки валятся, как спелые груши, но из леса с ревом выскакивали еще и еще, уже целые группы.

Я продолжил бить из лука, даже когда меня окружили кольцом и начали молотить дубинами. Но стрелять стало труднее, в такой толчее не вижу крестик прицела, я слышал отчаянный крик Азалинды, я крикнул:

– Близко не подходи!.. Бафить не смей!

– Почему?

– Я пробафленый, – солгал я.

Если она начнет бафить, то большой выброс энергии привлечет мобов, у них зрение и восприятие устроено по-другому, они ринутся на Азалинду и тут же убьют: у лекарей, даже у высоколэвельных, запас ХП очень низок.

– Меч! – донесся ее крик. – У тебя меч… есть?

Убрав лук, я выхватил меч и начал крушить их в капусту. С мечом прицеливаться не надо, зеленые тела валятся как груши, Азалинда прокричала:

– Отступай! Их слишком много!

– Не для меня, – ответил я хвастливо.

Я перебил их с полсотни, когда мощный выброс энергии ресторил мне ХП. Я с удивлением увидел, что орки сбили с меня почти пятую часть жизни, что вообще-то круто, я же делал себя практически бессмертным. Азалинда восстановила на пару черточек, бедолага не знает, что для моего лечения и лекарь должен быть предельного лэвела.

Работая мечом, я увидел, что на нее бросилось с десяток орков. Я стиснул челюсти, бедняжка лечила меня, хотя мне лечение не нужно, а сама сейчас погибнет… Она бросилась бежать, но не в город, а понеслась по широкой дуге мимо нашей толпы. Я все еще надеялся, что свернет к эльфийской деревне, но Азалинда упорно нарезала круг, пошла на второй. То один орк, то другой успевал нагнать и ударить дубиной, жизни оставалось на донышке, но Азалинда торопливо восполняла ее за счет маны, но, понятно, такое долго не продлится.

Я сгоряча схватил лук, намереваясь перестрелять сперва тех, кто гонится за нею, но вовремя вспомнил про скилл хэйт, быстро задействовал, и монстры, забыв про Азалинду, с яростью набросились на меня все.

Я поменял лук на меч, рубил и рубил, начал злиться, ибо из леса выскакивают целые толпы. Меня окружили так, что уже не могу никуда сдвинуться, остается только рубиться.

И тут я не поверил глазам: жизни у меня осталось чуть меньше половины. И удрать не могу, меня зажали, как в тисках. Можно скрулом вернуться в деревню, однако Азалинде придет конец, И я рубил и рубил, все еще надеясь, что успею перебить всех, пока меня забьют самого, или же прорублю просеку в живой стене и смогу удрать.

– Уходи! – крикнул я. – Их слишком много! Нам не справиться!

Она прокричала в ответ:

– Нет, я буду тебя лечить!

– Не смей…

Но могучий выброс энергии восстановил у меня два деления, которые орки тут же опустили за одну минуту, зато за Азалиндой бросилась целая толпа. Я ударил по ним скиллом Агрессион, все повернулись и бросились на меня, я рубился, рубился, крикнул снова:

– Уходи!

– Нет…

– Уходи и жди меня в деревне!

– Нет, я тебя не оставлю…

Она продолжала выбрасывать в мою сторону сноп исцеляющего огня, я в свою очередь агрил монстров на себя, полоска жизни подошла к краю, огров самом деле остается уже мало, я сделал попытку вырваться из кольца, ура, получилось… и тут два последних удара, полученные в спину и в затылок, бросили меня а землю.

Я слышал жалобный вскрик Азалинды, она подбежала ко мне и пыталась воскресить, но монстры успели убить ее в самом начале заклинания. Мы лежали рядом, я смотрел ошарашенно по сторонам, уж никак не ожидал, что забьют вот так, хотя, конечно, я мог бы воспользоваться скрулом и улететь в деревню, но тогда убили бы эту нежную эльфийку с кротким взглядом. Правда, ее все равно убили, как-то все глупо и нелепо…

Орки, потоптавшись по нашим трупам, победно вздымали дубины, ревели, один изобразил нечто вроде неуклюжего танца, потом дружно потопали в лес. Азалинда сказала печально:

– Прости, это я виновата… Ладно, я вернусь в деревню. А ты в свой человейник?

– Погоди, – сказал я. – Погоди…

Она помолчала, потом спросила тихо:

– А что будет? Ты же не сможешь нас реснуть? Ты не хилер. Даже я не могу вот так…

– Я связался с одним другом. Он уже бежит сюда.

Минут через пять томительного ожидания, за которые мимо нас прошли и бродячие гоблины, и шайка оборванных мародеров, на горизонте показалась сверкающая точка. Николай примчался на ездовом драконе, огромный в своих доспехах высшей защиты, сверкающий, грозный, как бог войны. Голова вся укрыта полным шлемом, только синие глаза грозно блеснули в прорези забрала.

Не слезая с дракона, он коротко взмахнул дланью в блистающем железе. Нет, в блистающем мифриле. Холодное пламя взметнулось вокруг нас из-под земли, ударило столбом в небо. Я увидел, что сила помощнее меня поднимает мое тело, а способность двигаться ощутил, когда пламя опало.

Всадник спросил гулким голосом:

– Чего-нить ишшо, босс?

– Спасибо, – поблагодарил я. – Дальше сами…