Читаем Твоя тень полностью

Кэтрин, оказываясь во Фресно (она приезжала туда когда погостить, когда послушать Кейли, а порой и совмещала одно с другим), не раз и не два пересекалась с отцом подруги. Светящийся киловаттами эгоизма Бишоп Таун, точно медведь, вваливался в комнату и начинал вещать как заведенный: годы пристрастия к огненной воде и белому порошку давали о себе знать – даже несмотря на то, что он давно завязал.

Болтал Таун исключительно про музыкальную индустрию и себя любимого. Каждая его фраза всегда начиналась с большой буквы «Я». Со сколькими легендарными музыкантами Он водил знакомство? Разумеется, с сотнями. У кого Он набирался опыта? Естественно, исключительно у великих маэстро. Кто учился у Него? Ну конечно же, большинство современных суперзвезд. Со сколькими коллегами по музыкальной сцене Он подрался? Ха, да просто не счесть!

Бишоп всячески рисовался и сквернословил – короче говоря, вел себя эпатажно, чем и приводил Дэнс в восторг.

Однако, вопреки громким речам, последний альбом его с треском провалился. Голос и силы оставили Бишопа, и никаким новомодным студийным примочкам вернуть их ему было не под силу. Пропало, увы, и блестящее сочинительское мастерство Бишопа. Записывать хиты уже не получалось: ни запоминающиеся мелодии, ни цепляющие фразочки для припевов его больше не озаряли.

Но Таун по-прежнему оставался кантри-королем: верная свита ловила каждое слово, а кантри-принцесса Кейли и ее карьера находились под его чутким контролем. И горе тому продюсеру, организатору концерта или представителю звукозаписывающей компании, кто обойдется с Кейли не по чести!

За этими мыслями Кэтрин преодолела долину Салинас, в народе именуемую Салатницей. Проехав тысячу миль на запад, Дэнс наконец-то оказалась в огромной плодородной долине Сан-Хоакин, центром которой и был Фресно.

Заурядный рабочий городок, полмиллиона жителей, те же самые проблемы, что и везде: грабежи, убийства и террористические угрозы – средний уровень преступности даже несколько выше, чем по стране в целом.

«Что же, скажем спасибо безработице! Восемнадцать процентов – это тебе не хухры-мухры», – подумала Кэтрин, и взгляд ее задержался на компании бездельников, отиравшихся на углу дома на перекрестке. Молодые люди – все как один в футболках без рукава, шортах-багги или джинсах – с ленцой посматривали на проезжающие машины, переговаривались, смеялись и пили прямо из горла бутылки, спрятанной в бумажный пакет.

Воздух над раскаленным асфальтом и металлом автомобилей дрожал маревом, а пыль стояла столбом. Разморенные на солнце собаки сидели на тротуарах и невидящим взглядом смотрели перед собой. В мелькавших за окнами «ниссана» дворах резвились детишки, прыгая через струйки разбрызгивателей. Для вечно страдающей от засухи Калифорнии эта безобидная игра тянула на серьезное административное нарушение.

Следуя указаниям навигатора, Дэнс быстро добралась до отеля «Маунтин-Вью» на Сорок первом шоссе. Кэтрин даже прищурилась, но никакой горной панорамы, конечно же, не увидела: скромные предгорья на северо-востоке, да и только.

«Может, вид на величественные горы парка Йосемити откроется, когда осядет эта чертова пыльная дымка?» – Путешественница решила не спешить с выводами.

Кэтрин выбралась из автомобиля, и волна жара тут же окатила ее – стало дурно. И немудрено! С тех пор как она завтракала вместе с детьми и кормила собак, прошла целая вечность.

Номер еще не приготовили, но Кэтрин было не до того: через тридцать минут, в час дня, они встречались с Кейли. Дэнс зарегистрировалась, оставила сумки на стойке у администратора и запрыгнула обратно в раскаленный докрасна «ниссан».

Кэтрин вбила в навигатор еще один адрес и поехала, внимательно следуя маршруту. Она все гадала, отчего почти все навигаторы разговаривают женскими голосами.

Остановившись на светофоре, Кэтрин проверила телефон: ни вызовов, ни сообщений – пусто.

«Хорошо хоть с работы или из детского лагеря не беспокоят! Но странно, почему это до сих пор нет вестей от Кейли? На нее это не похоже! А ведь она обещала позвонить с утра и подтвердить, что все по-прежнему в силе».

Кэтрин всегда поражалась: как это слава не испортила Кейли? Певица оставалась внимательной к мельчайшим деталям не только в концертной деятельности, но и в жизни – повсюду, чего не коснись!

Кэтрин набрала Кейли еще раз и попала на автоответчик.

«А у хозяев „Ковбойского салуна“ с чувством юмора определенно все в порядке!» – невольно улыбнулась Дэнс, открывая двери в головокружительно прохладный полумрак заведения, – ни одного предмета ковбойского быта! Вся прелесть жизни в седле была отражена исключительно на плакатах, которыми пестрели стены помещения: вот девушка, похожая на клепальщицу Роузи с одноименной картины Нормана Роквелла, скачет по пастбищу; вот она клеймит скот; а вот стреляет из шестизарядного револьвера по бутылкам, нанизанным на жерди изгороди, – абсурд, да и только!