Читаем Тверской Баскак. Том Второй полностью

Серу я решил получить по схожему принципу, но только из гипса. Доставленный с верховьев Волги гипсовый камень обожгли в печи до полного обезвоживания, а потом измельчили и прокалили с древесным углем. Полученный сульфид кальция для дальнейшего окисления попросту вывалили в кучу, предоставив бактериям доделать работу дальше самим.

Все эти бурты стоят в лесу в одном месте и смердят немилосердно. Какая нелегкая сила принесла туда юного князя, не знаю, но раз Калида говорит, что он там, то надо идти.

Прошли пешком через лес, и минут через двадцать уже начало пованивать. К счастью, до самих селитряниц не дошли… Едва выбрались с тропы на дорогу, как наткнулись на князя. Увидев меня, тот попытался сохранить невозмутимость, но даже невооруженным взглядом было видно, что обрадовался. Чего нельзя было сказать о его спутнике.

Фрол Игнатич Малой сурово сдвинул брови.

— Что же это вы, консул, искать себя заставляете?!

В ответ я старательно изобразил примирительную улыбку.

— Уж извиняй, княже! Недоразумение вышло!

— Недоразумение… — Бурчит недовольно ближайший княжий советник и, не унимаясь, тычет себе за спину. — А вонищу чего там развел такую?! Весь лес провонял!

«Что за день сегодня, все кому не лень склоняют меня как мальчишку!» — Мысленно посылаю думного боярина к черту и обращаюсь непосредственно к Ярославу.

— Не серчай, князь! Действительно, я виноват! Людей своих не предупредил, вот они тревогу-то зазря и подняли. А что до куч и вони. Так дай мне время, и я покажу тебе чего, из этих отходов сделать можно.

Удивляя меня своим не детским прагматизмом, юный Ярослав тут же спросил.

— Сколько?! — Видя мое недоумение, он повторил. — Сколько времени ты просишь?

В сердцах я опять выругался.

«Малец совсем, а палец ему в рот не клади! Я ведь не просил у него ничего, а теперь получается, что будто бы и должен. Будто обязательства на себя беру. Молодец княжич, ничего не скажешь!»

Усмехнувшись, я поднимаю на князя чуть прищуренный взгляд.

— Года два, думаю, хватит.

С вершины полого холма мне хорошо видно, как извилистая дорога спускается в низину, утыкается в песчаный брод, а затем, вынырнув на другом берегу мелкой речушки, начинает подъем на следующую высоту. Оба склона отлично просматриваются, потому что, по неведомой никому причине, лес здесь почему-то расступился, освобождая открытое пространство с заливным лугом у самой реки и редкими березовыми рощицами ближе к вершинам.

По сути, это единственное место, пригодное для атаки конницы на всем протяжении от Твери до деревни Запрудное. Это очевидно не только мне, но и приличной толпе горожан, не поленившихся полдня протопать вслед за моей колонной. Желающих поглазеть на невиданное зрелище немало, и даже юный князь не устоял перед соблазном. Он и вся боярская дума в полном составе двигаются верхами впереди бодро шагающего простого люда.

В этом времени с его скудным набором развлечений это неудивительно. Весь город еще вчера, высыпав на крутой берег Волги, с большим интересом наблюдал за переправой моей бригады. Двенадцать фургонов, еще шесть «тачанок» с баллистами и почти шестьсот человек личного состава. Все это с самого утра грузилось на плоты и переправлялось через широкую реку.

Плавсредства готовили больше месяца. Использовали как свежесрубленные плоты, так и подтянули те, что перевозили до этого торф и известняк с верховьев. Собрали все лодки, что были на обоих берегах, и построили еще десять новых двадцати-весельных ботов для буксировки плотов. Выгрузку и погрузку на плот каждый взвод и каждая команда баллисты тренировали заранее, и все равно переправа заняла почти весь день. Не обошлось и без конфузов. Один плот с фургоном сорвало с буксира и унесло вниз по течению, пришлось гнаться за ним на лодке и цеплять по новой. Кое-где спасали сорвавшихся в воду бойцов, но в целом все прошло на твердую четверочку, особенно если учесть, что такое, не побоюсь сказать, грандиозное событие происходило в первый раз.

В общем, переправились, обсушились, и с рассветом выдвинулись по Московскому тракту. Дорога не широкая, поэтому первоначально бригада выстроилась в походную колонну по трое и так прошагали до этого самого момента.

Сейчас я остановил движение и созвал командиров взводов и рот. Всё и не по разу уже обговаривалось, но, как говорится, повторение — мать учения!

Калида и Куранбаса подъехали первыми, и едва собрались все остальные, как я показал им на вершину противоположного холма.

— Там, за этим холмом, скорее всего, нас ждет противник, и зная это, мы все равно будем спускаться к броду. В боевых условиях, согласно написанному мной уставу, мы бы действовали по-другому. Выслали бы разведку и, обнаружив врага, укрепились здесь, на вершине, а не полезли бы в засаду, но по условиям спора никаких дозоров мы высылать не должны и обязаны сохранять движение колонны до выхода на прямую видимость с противником.

Все дружно закивали, мол все ясно, но я продолжаю.