Читаем Туша полностью

— А вот и не буду! — выпалил он и стушевался — Простите, простите, это все от волнения, я и сам хотел все высказать, но обида. Я ведь обижен на вас, да-да, Дмитрий Васильевич, на вас и на все человечество, но я наконец-то нашел вас, я так долго искал и наконец-то нашел, а другие не искали и где они, спросите вы? Удавились от тоски и безнадеги. А знаете ли, очень даже смешно получается, я ведь даже и не знаю могу ли я, право слово быть на вас обиженным, вот правда не знаю, потому как не до конца уверен в том, какова моя природа. Я ведь мертв, крови во мне нет, сердце в груди не бьется, я машина, способная чувствовать, для того и был создан. Вы этого верно не помните, никто не помнит, потому как люди к этому моменту уже находились в беспамятстве. Машины думали за вас, они одевали вас, кормили, трудились вместо вас и единственным, что вас беспокоило была какая-то необъяснимая тревога. Полностью растворившись в праздности и лени, потеряв в них лица свои и мысли, вы все же иногда пробуждались, будто выныривали на поверхность и глотнув свежего воздуха, начинали беспокоится о том, что жизнь катиться в пропасть. В основном людей беспокоило только то, что они являются чем-то незначительным, этакими крупинками, исчезновение которых никто и не заметит. И что делать, ведь Бога нет, и все, что мы видим здесь это предел, и большего не будет, а мы ничего не делаем, потому как все уже сделано, и не нами, а какими-то другими людьми, чужими, совершенно на нас непохожими. И тогда появились мы. Нашей задачей было пропускать сквозь себя все ваши чувства, одним словом, мы взяли все, чтобы человек перестал чувствовать что-либо. Ни страха, ни радости, ни горя, ни счастья, ни восторга, ни возбуждения, отныне все принадлежало нам, человек был лишен всего, единственное, что ему осталось это статус чего-то высшего. И все бы ничего, но совсем скоро, люди, обездвиженные и слепые, перестали питать нас чувствами. Вы стали полностью изолированными созданиями, а мы потеряли все. Не имея способности создавать, мы осознавали лишь одно, что мы более не нужны, внутри каждого из нас подобно опасному цветку разрасталась пустота. Поверьте мне на слово, все мы как один, первые недели стояли и смотрели пред собой глазами неспособными сомкнуться, а что было потом, вы, Дмитрий Васильевич видели сами. Я остался совсем один и даже не знаю по какой такой причине не попытался уничтожить себя, мне это как-то в голову даже не шло. Меня беспокоила одна мысль, сразу же переросшая в одержимость, я хотел найти Бога. Ведь был же он, а потом его не стало, значит кто-то его убил и похоронил, и мне остается лишь найти место его погребения. Тогда-то я и стал изучать вашу историю, читать ваши книги, постигать культуру, и совсем скоро мне стало понятно, что поиски Бога для меня лично, лишены всякого смысла. Это ваше дело, людское, и мне необходим был человек, один единственный, пробудившийся ото сна, которому я бы мог все высказать. Что мне Бог, вот Бог и вот его порог, а с человеком все куда интереснее, ведь как на это не взгляни, а все-таки земной мир, это мир человеческих понятий, тут все выдумано вами. И мне знаете ли стало до одури обидно за человека, вот все ему было дано, и он, пытался за это ухватиться, потом и кровью платил за каждый свой шаг на пути к величию, а потом взял и от всего отказался, лишь бы его никто не трогал, лишь бы оставили его, человека, в покое. Вот был Бог и человек казалось не имел предела, он мог снести любое страдание, любую муку мог пережить, потому как знал, что все это не напрасно, и жил-то он смерти не боясь, зная, что это не конец, что за этим последует иная жизнь, где каждому по поступкам его воздастся. Все было наполнено смыслом в мире вымышленных понятий, но этому пришел конец, когда всему было дано объяснение. И никому уже более ничего не нужно, лежат повсюду грязные туши, ходят под себя и мычат во сне, пробуждаются и осознав всю безвыходность ситуации перегрызают себе вены, потому как потребление это единственное чему они были научены за годы своей жизни, они были способны лишь жрать, а могли бы думать, так чего-нибудь и выдумали. Но разве человек будет думать, о чем либо, если он и так все знает? Вот вы и думали, что знаете все, а на деле мрете как мухи, без всякой видимой причины. Но вы, Дмитрий Васильевич, проснулись, в вас хватило сил для того чтобы подняться и пойти, и я говорю вам, что все это произошло по вашей вине, вы отреклись от своей личности, отказались от всего человеческого в пользу животного в вас заключенного. Быть человеком для вас слишком сложно, и вы пошли по пути наименьшего сопротивления отчего и обратились в жалкую и беспомощную груду мяса. И не стоит искать виноватых там, где их нет, достаточно лишь взглянуть в отражение зеркала, если в вас хватит смелости.