Читаем Цветы в зеркале полностью

– Неудивительно, что зять больше всего любит бродить по горам и скитаться по рекам; сегодня, когда я увидел этих странных птиц, удивительных зверей, редкие травы, бессмертные цветы, то понял, что это, верно, может развеять скуку! – воскликнул Линь Чжи-ян.

– Почтенный Линь только сказал слово «верно», а «верно» уж тут как тут, – сказал вдруг До Цзю гун.

На склоне горы показалось какое-то странное животное, напоминавшее своим видом обезьяну, покрытую с головы до ног белой шерстью, со множеством черных крапинок. В нем не было полных четырех чи длины, высота же была два чи с лишком, шерсть у этого животного была длинная и тонкая, бородка черная, хвост длинный. Оно стояло над каким-то мертвым зверем и горько плакало.

– Посмотрите на него, – закричал Линь Чжи-ян, – какой бородач! А чего он так плачет? Разве его зовут «верно»?

– Да, этого зверя зовут «верно», – ответил До Цзю гун, – иногда его также называют «длинноволосой обезьяной». Эти животные по природе своей очень верные. Они очень любят других зверей своей породы. Из их шкур охотники делают подстилки и очень выгодно продают их. Часто охотники бросают труп убитого ими «верно» на склоне горы, и если мимо проходит другое такое же животное, то, увидев мертвого товарища, оно обязательно остановится около трупа, чтобы оплакивать его, и тогда охотнику очень легко поймать это животное. Оно даже не убегает. Я уверен, что и то мертвое животное, над которым сейчас плачет «верно», тоже ловушка, расставленная охотниками. Вот увидите, сейчас появится охотник и, не затрачивая ни малейших усилий, поймает его.

Внезапно на горе поднялся страшный ветер, с шумом пронесшийся по листве. Все трое поспешили укрыться за деревьями. Когда ветер стих, с высокого горного пика спрыгнул огромный полосатый тигр, остановившийся прямо перед «верно».

О дальнейших событиях вы узнаете из следующей главы.

<p>Глава 10</p>
Красавица отравленной стрелоючудовищного тигра поражает.Силач-мужчина голыми рукамижизнь отнимает у волшебной птицы.

Хотя «верно», увидев тигра, и задрожал от страха, но благородное животное не хотело все же покинуть своего убитого товарища. Издав рычание, похожее на грохот горного обвала, тигр разинул кровавую пасть и начал терзать мертвого зверя.

И вдруг со свистом пронеслась стрела и вонзилась прямо в морду тигра. Выпустив тело своей жертвы, тигр заревел, высоко подпрыгнул и упал на землю, задрав вверх лапы. Стрела торчала из его глаза. Тигр больше не двигался.

– Вот это меткая стрела! – пришел в восторг До Цзю гун. – Поистине, «чуть в кровь проникнет, и дыханья нет».

– Как это понять? – спросил Тан Ао.

– Такими стрелами, отравленными растительным ядом, пользуются искусные охотники, – объяснил До Цзю гун. – Как бы ни был силен и свиреп хищник, в которого попадает такая стрела, кровь у него тотчас же застывает и дыхание исчезает. Отсюда идет название этих стрел. Но стреле трудно пробить шкуру тигра, потому что она у него очень толстая. Поэтому охотник метит в глаз тигра, и яд быстро действует. Вот уж не думал, что здесь можно найти такого меткого стрелка. Наверное, он скоро появится, тогда сможем поглядеть на него.

В это время у горы показался маленький тигр. Дойдя до склона горы, он снял с себя тигровую шкуру; под ней, оказывается, скрывалась миловидная девушка, одетая в белые штаны и куртку; голова ее была повязана простым белым платком, какие носят рыбачки, на спине висел резной лук. Подойдя к убитому тигру, девушка вытащила из-за пояса острый нож и, вспоров им грудь тигра, вынула его огромное сочащееся кровью сердце; спрятав нож, она завернула сердце убитого тигра в шкуру и стала спускаться с горы.

– Охотник-то, оказывается, девушка, – сказал До Цзю гун. – Такая молоденькая и такая смелая! Дай-ка я ее пугну!

Старик поднял ружье и, прицелившись в девушку, выстрелил холостым зарядом.

– Не стреляйте! Я не враг вам! Я вам все объясню! – закричала девушка. Подбежав к путникам, девушка вежливо приветствовала их и спросила:

– Разрешите узнать, как вас зовут, господа! Откуда вы изволили прибыть?

– Фамилия одного из нас До, второго – Линь, меня же зовут Тан Ао. Мы приехали из Китая.

– В Линнани был некий Тан по прозвищу И-тин. Не из вашей ли он семьи? – спросила девушка.

– И-тин мое прозвище. Откуда вы его знаете? – удивился Тан Ао.

Услыхав его ответ, девушка поспешно поклонилась ему в ноги.

– Так значит вы дядя Тан! – воскликнула она. – Умоляю вас, простите меня за то, что я не сразу признала вас.

Ответив на поклон, Тан Ао спросил:

– А как вас зовут, барышня? Почему вы называете меня дядей? Кто еще есть в вашей уважаемой семье? Кстати, зачем вы вынули сердце из груди тигра?

Перейти на страницу:

Все книги серии Магистраль. Азия

Цветы в зеркале
Цветы в зеркале

Боги ведут себя как люди: ссорятся, злословят, пишут доносы, пренебрегают своими обязанностями, и за это их изгоняют в мир смертных.Люди ведут себя как боги: творят добро, совершенствуют в себе хорошие качества, и благодаря этому становятся бессмертными.Красавцы с благородной внешностью оказываются пустыми болтунами. Уроды полны настоящей талантливости и знаний. Продавец понижает цену на товары, покупатель ее повышает. Рыбы тушат пожар. Цветы расцветают зимой.Все наоборот, все поменялось местами, все обычные представления сместились.В такой необычной манере написан роман Ли Жу-чжэня «Цветы в зеркале», где исторически точный материал переплетается с вымыслом, а буйный полет фантазии сменяется учеными рассуждениями. Не случайно, что в работах китайских литературоведов это произведение не нашло себе места среди установившихся категорий китайского романа.Продолжая лучшие традиции своих предшественников, Ли Жу-чжэнь пошел дальше них, создав произведение, синтетически вобравшее в себя черты разных видов романа (фантастического, исторического, сатирического и романа путешествий). Некоторые места романа «Цветы в зеркале» носят явно выраженный публицистический характер, особенно те его главы, где отстаивается определенный комплекс идей, связанных с вопросом о женском равноправии.

Ли Жу-чжэнь

Зарубежная классическая проза / Классическая проза ХIX века
Врата
Врата

Нацумэ Сосэки был одним из самых образованных представителей европеизированной японской интеллигенции начала XX века и вместе с тем – типичным японцем. Эта двойственность позволила ему создать свой неповторимый литературный стиль, до сих пор притягательный для современных читателей.Рядовой клерк Соскэ и его любящая жена О-Ёнэ живут на окраине Токио. Спокойствие семейной жизни нарушает внезапное обязательство: Соскэ должен оплатить образование своего младшего брата.Обстоятельства грозят разворошить прошлое и старые семейные тайны – супруги вдруг оказываются на распутье, у «врат».Нацумэ Сосэки мастерски анализирует кризис личности, человеческие отношения и глубокий внутренний мир героев, размышляет о любви, жертвенности, искуплении и поиске жизни.

Нацумэ Сосэки

Зарубежная классическая проза / Классическая проза ХX века
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже