Читаем Цветы строчек полностью

Искренне встречу днём желанного,Но остывшие руки переберут шапку,Мысли о разрушенных чувствах егоНе беспокоят понапрасну как в верность.Оставим на потом счета разлуки,Молви только прощение для оборота.Сможем ли мы вернуть встречу первую,И от наивности прояснится взгляд.Спешим разочароваться дорогами лихими,Тихо время берёт своё уходящих лет.Сегодня не виновата оставленная,Изменилась находка чердака – не чудак.

10.46 17/11–2018

«Он любил так потерянно просто…»

Он любил так потерянно просто,Относил боль мою к заветным окнам.Плакала подушка – мало цветов,Пересадить в землю новую поздно.А радость вся ушла погулять,Ты, я – уже разочарованная женщина.

11.44 17/11–2018

«Искусительно отпустить первого друга…»

Искусительно отпустить первого друга,Дай Бог он перестанет мне казаться.Засыпаю снегом чёрствости холодноеИ пустое как звон хрусталя о ложку.Немного постоять в раздумье у двери,Расстаться, объятья разрушают злом.Смелая потеря: ведь до него не былоСветлого лёгкого бытия философии.Достойных стихов нет – всё рассказыО бедах бедной бедняжки в одиночестве.Так близка музыка потерянных строк:Своровано много моего популярного.А собрать руками снежинки – замёрзлиЭмоции – переполнили все фужеры.

17.55 17/11–2018

«От прекрасного осталось неглиже…»

От прекрасного осталось неглижеКосынка падала невинностью на пол.Гость искал и проводил время, ноНе мог отвести обворожительных глаз.Поцелуя много будет в скромности,Взяла и всё бросила, прыгая от радости.Ты его любишь? Наверное, но он не мой.

11–2018

«Кисти рябиновых ягод на ветке…»

Кисти рябиновых ягод на ветке,Пахнут пьянством морозного утра.Стынут хладнокровно шагающие,В мирной драме домового деда.Москва – наш компас притяжения,Люди надеты нарядно на праздник.Путешествие актрисы фейерверка,В руке полис страхования здоровья.Он бумажный кораблик заслуг.

11–2018

«Словно соль выступила пряностью на губах…»

Словно соль выступила пряностью на губах,Синие незабудки светлых глаз в лучах.Первый куплет песни с огоньком камелькаПо дороге среди проседи лиц нравственных.Гордому горю не надо было бы сниться,Ночь всегда одна как безумство страха,Страстно целует лето капли дождя.Вдаль ехать приспичило к милому,И вот наплакалась вдоволь долго, аУ него радуга бровей чешет кудри.Смелее будь – разговори сердце моё.

25/11-05/12–2018

«Наконец-то: я ждала тебя полчаса…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стихотворения и поэмы
Стихотворения и поэмы

В настоящий том, представляющий собой первое научно подготовленное издание произведений поэта, вошли его лучшие стихотворения и поэмы, драма в стихах "Рембрант", а также многочисленные переводы с языков народов СССР и зарубежной поэзии.Род. на Богодуховском руднике, Донбасс. Ум. в Тарасовке Московской обл. Отец был железнодорожным бухгалтером, мать — секретаршей в коммерческой школе. Кедрин учился в Днепропетровском институте связи (1922–1924). Переехав в Москву, работал в заводской многотиражке и литконсультантом при издательстве "Молодая гвардия". Несмотря на то что сам Горький плакал при чтении кедринского стихотворения "Кукла", первая книга "Свидетели" вышла только в 1940-м. Кедрин был тайным диссидентом в сталинское время. Знание русской истории не позволило ему идеализировать годы "великого перелома". Строки в "Алене Старице" — "Все звери спят. Все люди спят. Одни дьяки людей казнят" — были написаны не когда-нибудь, а в годы террора. В 1938 году Кедрин написал самое свое знаменитое стихотворение "Зодчие", под влиянием которого Андрей Тарковский создал фильм "Андрей Рублев". "Страшная царская милость" — выколотые по приказу Ивана Грозного глаза творцов Василия Блаженною — перекликалась со сталинской милостью — безжалостной расправой со строителями социалистической утопии. Не случайно Кедрин создал портрет вождя гуннов — Аттилы, жертвы своей собственной жестокости и одиночества. (Эта поэма была напечатана только после смерти Сталина.) Поэт с болью писал о трагедии русских гениев, не признанных в собственном Отечестве: "И строил Конь. Кто виллы в Луке покрыл узорами резьбы, в Урбино чьи большие руки собора вывели столбы?" Кедрин прославлял мужество художника быть безжалостным судьей не только своего времени, но и себя самого. "Как плохо нарисован этот бог!" — вот что восклицает кедринский Рембрандт в одноименной драме. Во время войны поэт был военным корреспондентом. Но знание истории помогло ему понять, что победа тоже своего рода храм, чьим строителям могут выколоть глаза. Неизвестными убийцами Кедрин был выброшен из тамбура электрички возле Тарасовки. Но можно предположить, что это не было просто случаем. "Дьяки" вполне могли подослать своих подручных.

Дмитрий Борисович Кедрин

Поэзия / Проза / Современная проза