Читаем Цветы строчек полностью

Офицеры тренировалисьНа палубе аллеи времен.Побег от крови на мне,Хорошие все на свободе.Сами ко двору придете —Верьте сердцу печальному.Крым приютит волныЧерно-белые в синем небе.Гудки паровоза со снегомВыпадут прошлым жеманясь,Уеду в дали крестныеРуководить хороводом пьянымА те кто пьют чайЗнают о быте злата,У бога нет вечного пути,Восток алеет от заката.Мысли все те же в волосах,Просится сомнение падчерицейЗапроси и забери сабель лайВ ночь очей темноту пусти.

14.00 3/11–2015 г.

«Саксония смотрит в волны…»

Саксония смотрит в волныЭльбы и образы реки журчатВ рассказах прошлого гондолыПривозят даму – сцена изПридворной жизни этикета,Где все значение таит.Дрезденский канал под голубымМостом, а берега полныДворцами, парками, театром.Замок высокой культуры —Альбрехтзберг, Юбергау, Августа,Терраса церкви Кирхе: времяПо старым тропинкамВ грусти планов и идейНаследия предков в земле,Где нивы зелены, а река ЭльбаРадует глаза красотой чудаПод куполом портретыДинастической эпохи орла.Империя – далекое начало, аРазвлечение высшего обществаКак пароход ландшафта деревеньПока огонь не уничтожитЗдание театра. ОчарованиеВосстановит конструкциюПрогресса, музы достоинствоХранят немецкой старины.

18.25 10/11.2015 г.

«Мой звездочет сорвал две…»

Мой звездочет сорвал двелилии в саду – они увяли.Он рад был что как снегчисты желания влюбленных.Свистит хрустя лед скрипкиот смычка прикосновений.Шаг сделала и снова замерлаигра на клавишах загадки.Зал из пастельных тоновПолы усеяны годами нот.Вы очарованы, я Вас ждалаВсегда познать у жизни суть.Входи на новые сенцы оконИ музыка определит итог.

18.20 17/11.2015 г.

«Два крыла у друга на спине…»

Два крыла у друга на спинерозочкой сладкоголосой губы алыеволосы гнедые рыже-вороненыеШаги мягкие в твердой походке.Как уснуть, успокоив душу раненуюСердце потревоженное теплом вручную,Бусины на шее тянутся в петлю,Тревогу непонятную днем поцелую.Так услышу речь: помолюсь о насдокумент подписать опережаясь,облокотится круглое в кольцо часЭто мой единственный шанс.На морях погода терпит,а у кого на реке зацепит,Сладкую боль молва украсит.Дай мне верности обет.По богу тело, а дума плачет.

18.37 17/11.2015 г.

«Кордова в Аргентине удивительно…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Стихотворения и поэмы
Стихотворения и поэмы

В настоящий том, представляющий собой первое научно подготовленное издание произведений поэта, вошли его лучшие стихотворения и поэмы, драма в стихах "Рембрант", а также многочисленные переводы с языков народов СССР и зарубежной поэзии.Род. на Богодуховском руднике, Донбасс. Ум. в Тарасовке Московской обл. Отец был железнодорожным бухгалтером, мать — секретаршей в коммерческой школе. Кедрин учился в Днепропетровском институте связи (1922–1924). Переехав в Москву, работал в заводской многотиражке и литконсультантом при издательстве "Молодая гвардия". Несмотря на то что сам Горький плакал при чтении кедринского стихотворения "Кукла", первая книга "Свидетели" вышла только в 1940-м. Кедрин был тайным диссидентом в сталинское время. Знание русской истории не позволило ему идеализировать годы "великого перелома". Строки в "Алене Старице" — "Все звери спят. Все люди спят. Одни дьяки людей казнят" — были написаны не когда-нибудь, а в годы террора. В 1938 году Кедрин написал самое свое знаменитое стихотворение "Зодчие", под влиянием которого Андрей Тарковский создал фильм "Андрей Рублев". "Страшная царская милость" — выколотые по приказу Ивана Грозного глаза творцов Василия Блаженною — перекликалась со сталинской милостью — безжалостной расправой со строителями социалистической утопии. Не случайно Кедрин создал портрет вождя гуннов — Аттилы, жертвы своей собственной жестокости и одиночества. (Эта поэма была напечатана только после смерти Сталина.) Поэт с болью писал о трагедии русских гениев, не признанных в собственном Отечестве: "И строил Конь. Кто виллы в Луке покрыл узорами резьбы, в Урбино чьи большие руки собора вывели столбы?" Кедрин прославлял мужество художника быть безжалостным судьей не только своего времени, но и себя самого. "Как плохо нарисован этот бог!" — вот что восклицает кедринский Рембрандт в одноименной драме. Во время войны поэт был военным корреспондентом. Но знание истории помогло ему понять, что победа тоже своего рода храм, чьим строителям могут выколоть глаза. Неизвестными убийцами Кедрин был выброшен из тамбура электрички возле Тарасовки. Но можно предположить, что это не было просто случаем. "Дьяки" вполне могли подослать своих подручных.

Дмитрий Борисович Кедрин

Поэзия / Проза / Современная проза