Читаем Цветы ненастья полностью

- Может, это и есть любовь? – думалось. – Никогда ничего подобного не испытывал. Какое-то чувство оторванности от реальности, замкнутости пространства. Я и она… Остальное тоже где-то рядом. Важное, нужное, необходимое, может быть опасное, но все же, второстепенное, не такое значительное. Что же дальше? Ее нельзя не любить!

Посидел еще немного, размышляя. Подивился ночной расстилающейся перед ним панораме, сияющему проблесками звездному небу, далеко тянущейся неровной кромке загадочного леса, темнеющего у самого горизонта. Долго прислушивался к бесконечному стрекотанию цикад и заливистым трелям сверчков, прячущихся где-то в густых сочных травах.

Наконец проскользнул в темную горницу, пытаясь незаметно вернуться в спальню. Сделал несколько шагов и замер от неожиданности. Из-за закрытых дверей глухо доносился зовущий голос Ольги. В комнате все было тихо, слышалось лишь мерное дыхание спящих родителей.

Дима крадучись пробрался в спальню. На широкой, залитой бледно-желтым лунным светом постели, разбросав подушки и одеяла, разметалась спящая Ольга.

Короткая ночная рубашка высоко поднялась, почти полностью открыв белизну стройных ног. Обтянутая прозрачной кружевной тканью небольшая грудь, выделялась двумя упругими полусферами. Длинные темные волосы разлились тяжелой волной по белоснежным простыням. По лицу пробегали неясные колеблющиеся тени, губы страстно шептали что-то. Спина выгибалась, обозначая непрерывное плавное движение, загорелые бедра равномерно сжимались и разжимались, быстрое прерывистое дыхание вырывалось из груди. Негромкие будоражащие стоны шли откуда-то из глубины, обнаженные руки будто обнимали кого-то, неистово сжимая в объятиях.

Он подошел к кровати, опустился рядом, не сводя с нее расширившихся глаз.

- Ольга! Ольга! – позвал тихо. Она никак не реагировала, совершенно отрешенная, поглощенная загадочными видениями. Задышала чаще, задвигалась сильней, застонала громче. Напряженное тело безудержно извивалось, послушное какому-то неведомому ритму, сбившаяся сорочка поднялась еще выше…

Дима, не в силах больше выносить подобного зрелища, обеими руками обхватил ее голову, пытаясь остановить сладостное безумие.

- Ольга! Остановись! Оля… - не выдержал, прижался губами.

Она вырывалась, спящая, непослушная, увлеченная таинственной неодолимой силой, раскаленная, вся будто светящаяся изнутри. Он не мог совладать с ней, неподвластной никому, непостижимой, неразгаданной, существующей лишь в своих туманных грезах.

Дима, прельщенный сумасшедшей феерией, ощущал в себе невероятные приливы фантастических энергий, будто разрывающих его изнутри.

 Ольга беспрестанно, жарким срывающимся голосом громко шептала одно лишь имя. В разных вариациях, до крайности взволнованная, не открывая глаз, исступленно повторяла:

- Антон! Ант-о-он… Ант-о-о-о-он!

Дима сидел рядом и не сводил с нее очарованных глаз, осязал исходящее благоухание и медленно сходил с ума. Понимал всю странность, двусмысленность ситуации, но не мог, не смел воспользоваться. Он знал, так нельзя, она никогда не простит его, а главное, сам, навсегда станет себя презирать. Себя, свою несдержанность, свою слабость, свое вожделение. Он любил, пылал любовью, обожал ее, восхищался ею, лишался рассудка, ревновал…

В воспаленном мозгу возникали слышанные когда-то в детстве и до конца так и не понятые слова: «возжжение восстания телесного». Он безуспешно старался унять, угасить его, но «восстание телесное» не слушалось, совершенно игнорируя голос разума. В отчаянии обхватив голову руками, медленно опустился на пол, и сжался, пытаясь успокоиться, уйти от очевидной реальности. Рядом металась возбужденная женщина, совершенно не помнящая о нем, погруженная в чудесный сказочный сон, бесподобно прекрасная, близкая…

Неожиданно зовущие будоражащие стоны сменились звонким разрывающим криком. Ольга, на мгновение, подскочив на кровати, широко открытыми горящими глазами оглядела комнату, резко повернулась и, распластавшись на простыне, затихла, не проронив больше ни звука.

                            Глава шестая

Радостное летнее утро ярко переливалось ослепительным светом. Солнечные зайчики прыгали по стенам, весело плясали на потолке, отражаясь в зеркалах, вскакивали на кровать и незаметно подползали к лицам спящих.

Дима открыл глаза и долго лежал без движения, боясь неосторожным шевелением разбудить Ольгу. Она безмятежно спала, свернувшись калачиком и повернувшись к нему. Он заворожено вглядывался в ее расслабленные черты, прислушивался к ровному дыханию, ощущал близкий жар ее тела. Луч света бесшумно скользнул и остановился, озаряя закрытые веки.

Ольга открыла глаза и сразу увидела его взгляд. Смотрели, не отрываясь, потом одновременно улыбнулись друг другу. Дима коснулся ее волос:

- Как ты, Оля?

- Хорошо… - она с наслаждением потянулась.

- Антон приходил?

- Приходил. А откуда… Ты все видел? – Ольга испуганно прикрыла губы ладонью. – Димочка, прости! Я не должна была!.. - глаза наполнились слезами.