– Лена, он пригласил нас за тем, чтобы сказать тебе, что он невиновен. А это говорит о том, что ты небезразлична ему, что он страшно переживает из-за случившегося, понимаешь? Ну и еще… Я думаю, где-то в глубине души он все же надеется на какую-то помощь.

– Адвокат! Он ничего не сказал об адвокате! Что, если его арестуют и начнут, как это… прессовать…

– Да уж… Хотя у такого человека, как он, должен быть адвокат.

– Лиза, может, вернемся и поговорим с ним. Пусть оставит координаты своего адвоката.

Я видела, как она нервничает, и решила, что ей самой будет тяжело вернуться к Шитову, поэтому решила сделать это сама. Я вышла из квартиры, приблизилась к двери своей квартиры и прислушалась. Было тихо. Я позвонила. И почти сразу услышала приближающиеся шаги и голос Максима. Он с кем-то разговаривал. Мне показалось, что он произнес «Китай-город».

Открылась дверь, я увидела Шитова, бледного, с телефоном в руке. Я совсем растерялась.

– Максим, мы могли бы вам чем-нибудь помочь?

– Говорите правду, если вас будут расспрашивать обо мне. И все. Если сделаете по-другому, запутаетесь, и будет еще хуже. К тому же, если человек врет, значит, ему есть, что скрывать. Да и доверия к нему уже не будет. Так что делайте выводы сами. Вы извините, Лиза, но мне пора.

Вероятно, у меня на лице отразилось удивление, раз он сказал:

– Нет-нет, я не бегу. Мне сейчас позвонили и назначили встречу. Человек представился клиентом, но что-то подсказывает мне, что это звонил следователь. Если это так, то мне уже не удастся с вами встретиться. Пока будет идти следствие. Так что давайте я продиктую вам этот номер. Но, повторяю, я не уверен…

Он продиктовал, я записала номер.

– А где Лена? – Шитов поглядывал на дверь за моей спиной. – Я понимаю… Она расстроена. Будем надеяться, что если даже меня и арестуют, то выпустят под залог, своему адвокату я уже позвонил.

– Отлично! Собственно говоря, мы с Леной и хотели узнать об адвокате.

– Я предупредил его о вас, о том, что на вас можно положиться. Ну, все, мне пора! И передайте Лене, чтобы она не волновалась. Все будет хорошо, я уверен.

Я вернулась и все рассказала Лене.

– Так давай позвоним прямо сейчас! По этому телефону.

– Не думаю, что подходящее время. Может, Максима не арестуют, а мы зря сунемся в это дело… Давай уже завтра.

Мы выпили по рюмке коньяку и легли спать.

14. Людмила

Людмила Зосимова была портнихой и работала дома. Большая изолированная комната находилась в стороне от других жилых помещений старой сталинской квартиры, и в свое время, будучи комнатой для прислуги, была перепланирована и увеличена за счет кладовки и коридора. Это была территория Людмилы, ее государство, ателье, мастерская. Здесь всегда было очень светло от ламп, тепло и уютно. Сюда приходили заказчицы, пили чай или кофе в ожидании примерки, заказа, стены этой комнаты слышали великое множество самых разных историй клиенток. Ведь недаром считается, что портниха хорошо сшитым нарядом может спасти свидание или вообще устроить личную жизнь женщины.

В то утро Людмиле предстояло раскроить две юбки и платье. Она никого не ждала и перед работой решила выпить чашку кофе.

Кофе она пила за небольшим столиком, глядя в ноутбук. Каждое утро она начинала с того, что просматривала новости, заглядывала в «Одноклассники», чтобы ответить на письма, поздравления своих друзей, послать открытки, которыми они обменивались для поднятия настроения. Были и деловые сообщения, касающиеся предстоящих примерок, встреч, заказов. Нередко в оповещениях она находила предложения дружбы, которые чаще всего отклоняла по причине нежелания впускать в свою виртуальную жизнь случайных знакомых.

Однако в этот раз приглашение дружить пришло от человека, которому она не могла отказать. Ее одноклассница, с которой она потеряла связь, но о которой у нее остались самые теплые воспоминания. Чудесная девочка, арфистка, с добрым сердцем и светлым умом. Интересно, как сложилась ее жизнь?

«Людмила, привет! Пишет тебе твоя одноклассница, Лиза Липкина. Может, помнишь меня? Я играла на арфе».

На арфе. Могла бы и не напоминать. Как можно забыть Лизу Липкину? Да ее помнила вся школа. Она выступала во всех школьных концертах, арфу привозил в школу ее отец, солидный такой господин с серебряной бородкой и в очках. Он походил скорее на ее деда, чем на отца. Все отцы тогда были молодые. Не говоря о матерях. Лиза, судя по всему, была поздним и единственным ребенком.

Сообщение было отправлено в три часа ночи. Интересно, почему Лиза не спала? Не могла же она проснуться в три часа.

Оранжевый огонек на ее фотке свидетельствовал о том, что Лиза и сейчас была в сети. Людмила защелкала по клавишам ноутбука.

«Лиза, дорогая, конечно, я тебя помню! И очень рада, что ты написала мне. Как поживаешь?»

И почти тотчас ей застрочили ответ.

«Люда, у тебя здесь двойная фамилия Барышникова-Зосимова. Таня Сомова как-то при встрече сказала мне, что ты вышла замуж за следователя. Зосимов Валерий Григорьевич – твой муж?»

Понятно. Она сама или кто-то из ее близких попал в беду.