Читаем Цветок предательства полностью

Что-то отвлекало меня от размышлений. Что-то мешало, и я никак не могла понять, что именно. Но в какой-то момент это нечто попало в поле моего зрения: бутылка! Бутылка виски, вернее, из-под виски «Джек Дэниэлс» стояла прямо у порога квартиры. Вот если бы она могла говорить, подумала я, окончательно потеряв всякую способность мыслить серьезно, то рассказала бы многое о том, что же произошло здесь, на этой лестничной клетке.

Вопросы хаотично рождались сами по себе. И первый, более-менее внятный: почему эта девушка ничего не предпринимает, ведь ясно же, что она не вызвала полицию, поскольку я простояла на лестнице почти десять минут, и никакого движения не произошло. Да и телефона в руке девушки я не заметила. Если бы она позвонила и сообщила об убийстве, здесь давно бы уже была полиция. Хотя, может, сегодня в городе урожайный день на убийства и полицейские заняты другими кровавыми историями?

Немного успокоившись, девушка попыталась подняться. Держась за стену, она с трудом выпрямилась и обвела пространство вокруг себя мутным взглядом.

– Мальчик мой… – икнув, прошептала она и снова опустилась на пол, подползла на коленях к парню на полу и обняла его, прижалась к нему щекой. – Ты третий, знаешь? Да мой же ты хороший…

Потом она как-то резко встала и, путаясь в полах халата, наступая на них, схватила руками куртку парня за ворот и потянула на себя. Труп сдвинулся с места.

– Ну, давай же… Тебе нельзя здесь, понимаешь? Сашенька, давай, мой хороший… Что же делать? Что? Эта скотина Ефим не отвечает. Открестился от меня. Испугался. Говорю же – скотина!

Она тащила труп в квартиру.

На плитках пола от тела оставалась широкая кровавая дорожка. Как в кино.

Наконец, труп был благополучно втянут в квартиру, дверь захлопнулась.

Что ж, подумалось мне, самое время подняться и позвонить в эту самую дверь. И спросить, как бы между прочим, где и как мне, дамочка, найти вашего соседа Шитова.

Во-первых, дамочка может и не открыть дверь. Во-вторых… Никаких «во-вторых» нет и не может быть. Первое, что эта особа сейчас сделает, это наберет в ведерко теплой воды, сыпанет туда порошка и, вернувшись на лестницу, примется отмывать полы. И только после того, как кровь будет смыта, она запрется, и уже надолго. Сначала протрезвеет, потом будет думать, как ей поступить лучше. И ахнет, когда поймет, какую же ошибку совершила, что не вызвала вовремя «Скорую» и полицию.

Я подождала еще какое-то время, надеясь, что мои предположения окажутся верными и девушка выйдет с ведром и тряпкой. Однако прошло пять минут, потом еще пять, но ничего не происходило. Я уже не знала, что делать. Самое разумное было бы уйти. Но сделать это будет не поздно и после того, как я хотя бы позвоню в квартиру номер четыре. Вряд ли я застану там самого Шитова. Даже если предположить нелепицу, что он проживает здесь, то ничего страшного в нашей встрече не будет. Безусловно, он узнает меня, и я скажу ему, что хотела уточнить некоторые нюансы нашей арендной истории. К примеру, расскажу ему, как пользоваться бойлером на случай отключения горячей воды. Скажу, что шла мимо и решила зайти. Или придумаю, будто бы в этом же доме живет моя приятельница, которая знакома с ним. Да мало ли что можно придумать, чтобы как-то оправдать свой визит?!

Да и состоится ли наш разговор, если он, заглянув через мое плечо, увидит залитую кровью лестничную площадку. Уж он-то наверняка знаком со своей соседкой, а потому не сможет не среагировать. К примеру, если бы я вышла из своей квартиры и увидела жирный след крови, тянущийся к двери Лены, разве не обратила бы я на это внимания?

Словом, открыв сумку и достав оттуда два полиэтиленовых пакета, которые ношу с собой аккуратно сложенными для покупок, и обмотав ими кроссовки, чтобы случайно не запачкаться кровью и, конечно же, не наследить, я сделала несколько шагов по направлению к квартире Шитова. Позвонила. Рука моя дрожала. Я так и не поняла, обрадовалась я или, наоборот, расстроилась, когда мне никто не открыл. С одной стороны, мне не придется объяснять свой визит Шитову, с другой – я не смогу увидеть реакцию Шитова на происшествие, связанное с его соседкой, лишусь зрелища. Последняя мысль была постыдной.

Я, стараясь не наступать на кровь, приблизилась к двери под номером пять и позвонила. Как я и предполагала, мне не спешили открывать. Тогда я позвонила еще раз. И услышала шаркающие шаги. Я понимала, что меня разглядывают в глазок.

– Откройте, пожалуйста, я к Шитову, – сказала я не очень громко, подумав, что будет лучше, если меня не услышат соседи сверху или снизу. Мало ли.

Дверь открылась, и я увидела знакомую мне уже девушку. Глаза ее были испуганными.

Я, стараясь вести себя естественно, указав на кровь на полу, спросила:

– У вас здесь что-то произошло… Кровь… Откуда? Может, вам нужна помощь?

Она усмехнулась. Покачала головой.

– А вы не боитесь задавать мне подобные вопросы? – вдруг спросила девушка, и я поняла, что она, вероятно, несколько протрезвела.