Читаем Цвет прошлого полностью

Мы не были дружны, просто сверстники, но сейчас мне вдруг стало больно видеть его таким. К этому ли он шел, для этого ли прилагал усилия, чтобы глупо и бессмысленно погибнуть в безжалостных землях Приграничья? Раз, и нет человека, и рассыпались в прах его бережно лелеемые мечты. Два, и его тело растворится, щедро напоив убившее отряд творение. Три, и по прошествии многих лет уже никто не вспомнит молодого, возможно талантливого Мастера.

Позади послышался шорох шагов, и я, вздрогнув, обернулся, крепко стискивая кинжал. Передо мной стояла бледная, как снег, Фиори. Я запоздало попытался заслонить от нее неприглядную картину, но в застывших глазах девочки уже отражалась медленно растекающаяся по выжженному кругу кровь. В затянутом свинцовыми тучами небе сухо кашлянул гром. Мелкие капельки дождя повисли туманом над лугом.

— Айрид, помнишь, ты спрашивал, почему я так боюсь вновь попасться гильдиям? — бесцветным голосом спросила Фиори.

Внезапно подувший сильнее ветер растрепал ее длинные оранжево–золотистые волосы, распахнул плащ, но девочка, словно и не почувствовала пронизывающего холода. Может оттого, что от нее веяло ледяным отчаянием.

— Магистр действительно считал меня вещью, орудием, но это еще не самое страшное. Гораздо хуже было то, какое орудие он хотел из меня сделать. Орудие убийства. Магистр хотел, чтобы я получала от этого удовольствие, наслаждалась этим, — голос Фиори сорвался, она пошатнулась, но все же сохранила равновесие.

Словно очнувшись от сна, я подошел к ней, поправил плащ, осторожно взял за плечи, чтобы увести подальше. Против ожиданий Фиори ничуть не сопротивлялась. Напоследок я не выдержал и оглянулся. Под моросящим дождем красные лужицы быстро растекались по земле, смешиваясь с грязью и превращаясь в бурую жижу. Пугающая картина. Но если бы не последняя атака, сейчас на земле точно так же лежали бы наши тела. Простое правило любой войны. Или ты, или тебя.

— Понимаешь, — всхлипнула девочка, покорно позволяя мне отвести себя обратно, — ведь я сбежала от синих и надеялась, что мне не придется больше сражаться и… А в итоге, я стала именно такой, какой меня хотел сделать Магистр, — с этими словами Фиори уткнулась мне в плечо.

В растерянности я остановился, не зная, что сказать в ответ. Мне никогда не приходило в голову ничего подобного. В школе учили по–другому. Сражение — это праздник для воина, счастье для боевого Мастера. Там, на поле боя, именно мы правим балом, определяя исход схватки. Не то, чтобы я и впрямь верил в это, особенно после предательства гильдии, но, тем не менее, эти убеждения отложились глубоко в памяти. До чего же фальшиво выглядели они сейчас!

— Ты не права, Фиори, — мягко произнес я, с трудом подбирая слова. — Если ты плачешь, значит, не стала орудием убийства. Иначе бы тебя уже не волновали ни погибшие Мастера, ни кто–то другой. Поверь мне, уж я‑то на таких нагляделся.

Девочка мотнула головой, но промолчала.

— К тому же, их убила не ты, а Приграничье. Пусть при нашем участии и все же. В противном случае прикончили бы они нас. И поверь, не испытали бы ни малейших угрызений совести. Потерпи еще немного, — убаюкивающим тоном добавил я. — Пока мы не доберемся до Комтии. Там мы будем в полной безопасности. И тебе больше не придется ни с кем сражаться. А сейчас приведи себя в порядок. Не стоит здесь задерживаться.

Проводив взглядом, направившуюся к Огоньку Фиори, я всмотрелся в окружающие нас Подлинные цвета. Почти на всех виднелись отражения кроваво–красных пятен. Только этого нам и не хватало. Теперь все хищники в округе будут знать, что здесь есть, чем поживиться. Кони охотников сбежали, сумев порвать наложенные путы. Может быть, они и отвлекут на себя часть созданий, но вскоре зверье пожалует сюда. Словно вторя моим печальным раздумьям, издалека донесся вой Рвущих. Кто–то уже начал охоту.

Тем временем Фиори немного пришла в себя, кажется, даже капельку приободрилась. Сейчас она поглаживала Ловкого, который встревоженно оглядывался, прислушиваясь к каждому шороху. Похоже, он тоже чувствовал, что отсюда пора уходить и побыстрее. Увы, быстро не получилось.

Из–за яда лиан Огонек сильно прихрамывал, стараясь не наступать на больную ногу. Ему хватало наших мешков, так что еще и седока, даже такого легкого как девочка, он бы не выдержал. Сам я, хоть и устал, мог шагать быстрее, но приходилось подстраиваться под Фиори, еле ковыляющую по мокрой траве. Капюшон болтался за спиной, и бисеринки капель в ее волосах блестели, словно диадема. Каждую секунду я ожидал услышать торжествующий вой стаи Рвущих. Отбиться от них будет нелегко. Оставалось надеяться, что создания предпочтут поохотиться на лошадей, более слабую добычу, чем Мастера.