Читаем Цвет полностью

– Наверно. Выдайте файл.

Девушка нервно тычет в смарт-панель, пробегается по списку и выводит на вирт-экран досье на моих родителей. Активирует разрешение на копирование и использование текущей информации и машет рукой, чтобы я поторопился.

Щелкает мем-карта, подтверждая запись с экрана, и я киваю девушке. Та корчит приветливую рожицу, пряча за ней профессиональное презрение ко всем, непричастным к ее службе, и включает табло "Следующий". Весьма любезно, особенно, если учесть, что в приемной никого больше нет.

Ничего, потерпит. Я еще собираюсь воспользоваться общественным терминалом - а он стоит прямо перед ней, только с этой стороны барьера.

Имена, отчества, фамилии. Места рождения. Мир происхождения - Земля. Учеба. Технический колледж. Специализация - системы биологической очистки. Стажировка. Второе образование - геноинженер. Направление на Тсаворит. Работа в биологической миссии. Фиксация брака. Рождение сына. Оставление места работы без уважительной причины. Увольнение.

Как всё одинаково. Что у отца, что у матери. Достаточно прочитать одно досье - настолько они похожи. Различны лишь имена и отчества. И что нового для себя хотел я найти здесь? Остается задать прямые вопросы и получить на них ответ.

Запрос:

Прошу предоставить информацию о местонахождении Манжос Лидии Ивановны и Манжос Константина Игоревича. Последнее известное местопребывание - планета Тсаворит.

Ответ на запрос: Данные отсутствуют.

Запрос:

Прошу предоставить информацию об аренде на имя Манжос Лидии Ивановны или Манжос Константина Игоревича малого космического шлюпа класса "блоха" на планете Тсаворит в 26 году локального летоисчисления.

Ответ на запрос: Код доступа - "недоступно".

Повторный запрос:

Уточнение предоставленной информации: являюсь прямым наследником вышеупомянутых лиц.

Ответ на повторный запрос: Существует запрет класса "А" на передачу данной информации Илье Константиновичу Манжос по указанию департамента внешних контактов. Просим выйти из системы.

Замигала красная лампочка, и на вирт-экране возник косой красный крест. Я вытащил мем-карту из контакта и встретился с напряженным взглядом администраторши. Она явно пыталась сопоставить предупреждающий сигнал и личную информацию обо мне, выявленную в процессе опознания.

– Вы хотели получить запретную информацию? - она всё же спросила, когда я проходил мимо ее окошка.

Я остановился и вежливо ответил:

– Хотел. Но не получил.

– Какого рода информацию?

– Личного рода. А что?

– Моей обязанностью является сообщить вам, что вы поставлены на заметку. При повторении фактов подобного рода, вы можете быть изолированы и отправлены на принудительные работы сроком до двух месяцев.

– Ждите, - буркнул я.

– Что-что? - девушка не ожидала подобного ответа, и все заготовленные сентенции о должном поведении члена общества вылетели у нее из головы.

Придется пояснить.

– Я обязательно буду стремиться получить данную информацию тем или иным способом. Так что принудительные работы - не за горами. Если поймаете, - я подмигнул девушке.

– Так вы этот, рецидивист, да? - администраторша округлила глаза.

Не стоит ее разочаровывать.

– Вы догадались? Ну, кто еще будет пользоваться общественным терминалом для получения личной информации в присутствии такого небесного создания, как вы?

Девушка захлопала ресницами, скромно улыбнулась и чуть зарделась. Чувствуется, что к комплиментам привычна.

– Я должна сообщить о вас Герберту. Подождите, пожалуйста, - она переключила экран на внутреннюю связь и вызвала кабинет губернатора.

– О! Йа, йа, конечно! Старый рецидивист всенепременно дождется! - сказал я, изображая немецкий акцент, как я его представлял.

Девушка сказала несколько слов, напряженно выслушала инструкции - всё без звука - сработала система конфиденциальной защиты, и открыла мне проход в барьере.

– Вас ждут.

А вот никуда я пока не тороплюсь. Можно и с губернатором поболтать.

– Садись, Илья. Семьей интересуешься? Не поздновато ли?

– Интересуюсь. В самый раз.

– Не ершись. Не я запрет поставил, сам понимаешь, - Герберт провел ладонью по гладкому черепу. - После твоего отлета много чего было, ты, небось, не знаешь.

– Не знаю. Расскажи.

– Какой-то ты злой, - губернатор поморщился, - я помочь хочу. И тебе в том числе.

– Интересный способ.

Герберт помрачнел.

– Не хочешь на контакт идти - твое право. А на мне пятьдесят тысяч душ. Так что если выбирать между их спокойствием и твоим, ты сам понимаешь - что я выберу.

Не для того же шел, чтоб ругаться. Сейчас никакая информация лишней не будет. Я опустил глаза и сказал:

– Я послушаю.

Не думаю, что своим деланным смирением улучшил настроение Герберта, но гнать взашей он меня не стал.

– Подойди сюда, - он поманил меня к панорамному окну почти во всю стену. Сейчас оно было настроено на тридцати-процентную видимость, и пейзаж казался размытым зелено-золотистым пятном.

Губернатор пощелкал переключателями, регулируя контрастность, видимость, угол зрения, детализацию, и кивнул: "Смотри".

Посмотреть, конечно, было на что.