Читаем Циклоп и нимфа полностью

Мощные плечи гребца. Светлые волосы – короткая стрижка…

Я, Клавдий…

Сколько же они не виделись?

Еще два мощных гребка, и каноэ зарылось носом в берег. Он выпрыгнул. Конечно, Катя его узнала. Как было не узнать? Серая толстовка обвязана вокруг пояса. Ему всегда было не холодно, даже на ледяном ветру. Серая, промокшая от пота футболка. И татуировка на левом предплечье – крылатый грифон.

Я, Клавдий…

– Здравствуйте, Клавдий.

Он смотрел на нее.

– Привет. Вы приехали?

– Я приехала по делу. Меня вызвал ваш начальник Скворцов.

– Ясно. Я рад, что вы приехали, Катя.

– Я-то здесь, а ваш начальник куда-то делся.

– Найдется. А я все ждал, что вы приедете. Но потом… ну, короче, понял – обещанного три года ждут.

Клавдий все смотрел на нее. Катя подумала – лучше бы они повстречались с ним в отделе в деловой обстановке. А не здесь, в этом тумане на берегу бескрайних вод.

– Вы в отпуске?

– Скворцов попросил меня пока в отпуск уйти.

– Мне надо в отдел вернуться, вдруг он приехал?

Клавдий Мамонтов легко поднял свое каноэ вместе с веслами.

– Идемте.

Катя зашагала по дорожке. Мамонтов шел рядом с ней.

– Я, честно говоря, думала, что вы давно уволились из ГИБДД и уехали из Бронниц.

– Нет, я все еще здесь.

– Вы увлеклись греблей?

– А здесь больше делать нечего. Качалка в фитнес-клубе да гребные гонки.

– Городок такой милый. Славный, – Катя решила перевести в светское русло разговор, который по вине Мамонтова то и дело зависал на многозначительные долгие паузы. – Все отреставрировано. Часы на колокольне.

– Могила декабриста Фонвизина – местная достопримечательность, – неожиданно охотно поддержал разговор Мамонтов. – И могила Пущина, друга Пушкина. А еще вам все здесь в Бронницах расскажут, что старший сын Пушкина, Александр Александрович во время отмены крепостного права был здесь, в уезде, мировым посредником – споры улаживал между крестьянами и дворянами по поводу земли. Его жена владела здесь имением и конезаводом. И у Фонвизиных тоже было имение.

– Как вы все тут успели изучить, – похвалила его Катя. – А вы… все там же живете?

– Да, на папиной даче. Родители летом приезжают. А потом бросают меня одного на произвол судьбы.

– Никогда бы не подумала, что вы задержитесь здесь, Клавдий.

– Гены, наверное, – он усмехнулся. – У меня предок здесь ошивался. Еще в девятнадцатом веке, тоже как раз во время отмены крепостного права. Он приехал сюда якобы торговать имение Фонвизиных. Но так его и не купил. Как семейное предание говорит – не потянул цену. Пить надо было меньше и в карты играть.

– Может, он был знаком и с сыном Пушкина? – предположила Катя.

Клавдий посмотрел на нее, не замедляя шага. Каноэ его явно было тяжелым, а Мамонтов нес его точно пушинку.

– Здесь еще вам расскажут про Гордея Дроздовского, отца белого генерала Дроздовского, – тут же продолжил Мамонтов. – Тоже судьба его сюда в Бронницкий уезд забрасывала.

– А это что, Клавдий?

– Где?

– Вон тот особняк за забором, – Катя указала на дом в конце улицы, по которой они в данный момент проходили.

Двухэтажный желтый особняк с двумя колоннами, но облупленный и с очень ржавой крышей. Мрачный дом, если не сказать больше.

– Это дом Крауха, – ответил Клавдий. – Тоже местная достопримечательность. Типа страшного дома с привидениями. Это когда-то была гостиница с трактиром, которую содержал немец Иона Краух. Ну и, конечно, по легенде, там произошло ужасное убийство. Как же без этого.

– А кого убили?

– Клавдий, помочь тебе с твоим Летучим Голландцем? – это их окликнул дежурный по ОВД, вышедший выкурить сигаретку на вольном воздухе.

Клавдий поставил каноэ на асфальт рядом с крыльцом отдела.

– Чтобы пальцем никто до утра не трогал.

– Кому надо-то? Значит, встретил? – дежурный с любопытством созерцал Катю и Клавдия, пуская кольца дыма.

– Скворцов приехал?

– Он звонил. Он задерживается, – дежурный обернулся к Кате. – Я сказал, что вы приехали. Он извиняется – никак не вырваться пока. Он просит вас завтра с утра быть у него в девять.

– Ладно, – вздохнула Катя, – что поделаешь. Мне надо найти гостиницу.

Она заметила, как Клавдий сделал в сторону приятеля-дежурного выразительный жест: все, отвали. Оставь нас. И тот поплелся в отдел, не докурив.

– Катя…

– Что? – она была занята своим смартфоном, разыскивая на booking местную гостиницу.

– Здесь нет гостиниц.

– Нет? То есть как? Ну ладно, найду все равно что-нибудь. Не возвращаться же в Москву в такую даль.

– Моя дача… – произнес Мамонтов, – то есть этот вариант полностью не проходит, да?

– Я лучше поищу гостиницу.

– Здесь сдают гостевые дома. Тем, кто приезжает на озеро. Как раз знаю один такой. И плату они с вас возьмут скромную. Сейчас не сезон. Пойдемте, отведу вас. Там вполне комфортно.

Они двинулись назад, от отдела к дому Крауха.

– Это ваши знакомые сдают?

– Я их знаю. Хорошие люди. Брат – менеджер на «Бронницком ювелире». А у его старшей сестры лавочка ювелирная.

Катя заметила лишь сейчас, что почти весь центр Бронниц – это частный сектор и совсем нет ни многоэтажек, ни хрущевок.