— Исварха мой защитник! — шептал он. — Пусть они там не медлят!

Веревочная лестница с тихим стуком упала со стены и повисла, покачиваясь, между зубцами.

Глава 6

Горшок с молниями

Храмовый лекарь утер кровь с лица Хасты, одним резким движением вправил ему нос и принялся пахучим бальзамом смазывать ссадины и шишку на лбу.

— Трет его, трет, — скривив губы, ворчала Марга. — Это, по-твоему, раны? У нас мальчишки из-за такого от игры не оторвутся. Лопух приложил, и довольно…

Лекарь молчал, сжав губы, — такое пренебрежение высоким искусством врачевания донельзя раздражало его, однако спорить с накхини представлялось ему совершенно неразумным.

Жрец в расшитом золотой нитью алом одеянии, говорящем о его высоком сане, зашел в лекарские покои, поприветствовал Хасту, вежливо склонил голову перед Маргой и ее воспитанницами и объявил:

— Святейший Тулум ждет тебя, брат. Он велел тебе взять принесенные из дворца свитки…

— Эй, эй! — возмутилась Марга, выпрямляясь.

— Вам же, — повернулся к ней жрец, — будут предоставлены еда, теплая вода для купания и мягкие постели для отдыха.

— Заткнись и слушай. Это я захватила свитки. Они мои.

Жрец пожал плечами:

— Я исполняю приказ святейшего. Он не давал мне никаких иных распоряжений насчет наших гостей, кроме уже сказанного.

— Только притронься к мешку, — зловеще улыбнувшись, проговорила Марга, — и я предскажу тебе будущее до конца твоего дня.

Жрец в алом и золотом растерянно взглянул на Хасту. Тот кивнул, подтверждая, что предсказание будет кратким и правдивым.

— Высокородная госпожа, я не желаю обидеть тебя и не покушаюсь на твою боевую добычу. Но для всех нас важно узнать, что содержится в записях мятежника Кирана.

— Что ж, тогда я иду с вами.

— Женщины в храме Исвархи не занимаются делами мира и войны, — возразил жрец. — Если госпожа пожелает, я велю проводить вас туда, где на рассвете наши девы поют гимны, встречая светило.

— Гимны на рассвете будут звучать над тобой, если не прекратишь нести чушь, — пообещала Марга. — Только ты их не услышишь, потому что я отрежу тебе уши и запихну в пасть так глубоко…

— Погоди, погоди, — вмешался Хаста. — Твой брат некогда сказал мне, что накхи никогда не угрожают.

— Я и не угрожаю — просто рассказываю, чем намерена заняться в ближайшее время, если этот раскормленный фазан не прекратит меня оскорблять. Я — сестра саарсана накхов! Я правила родом Афайя, пока Ширам сидел в столице или носился сломя голову по всей стране, выполняя указы Ардвана. О чем кудахчет эта безмозглая птица?!

Высокопоставленный жрец поперхнулся от столь вопиющего непочтения и, пробормотав: "Я все изложу святейшему Тулуму!", вновь скрылся за дверью.

— Восхитительно, — усмехнулся Хаста, когда алое одеяние исчезло за дверью. — Твоя речь была весьма убедительна. По-моему, ты совершенно очаровала моего собрата.

— Еще бы! У меня большой опыт разговоров с мужчинами, разодетыми не столь пышно, но стоящими куда больше, — гордо расправила плечи сестра Ширама. — Всякий в Накхаране скажет тебе об этом!

— Да я уж и сам могу рассказать любому в Накхаране о твоем искусстве вести переговоры. Но все же уважь мою просьбу — не старайся изумить святейшего Тулума силой образов и красотой оборотов. Иначе он заслушается тебя и мы потеряем время.

— Ты полагаешь? — немного огорченно спросила Марга. — Что ж, если он не будет выставлять себя недоумком, я готова отнестись к нему с почтением.

— Благодарю и на этом, — смиренно ответил Хаста.

* * *

Бронзовые псы с негромким гудением повернули головы и уставились на идущих слепыми глазами. Марга застыла и дернула Хасту в сторону.

— Это западня, — тихо произнесла она.

— Нет, не совсем.

— У этих тварей в пасти трубки.

— Не волнуйся, можно идти спокойно.

— Да?

Она обхватила Хасту сзади, прижалась к нему всем телом и толкнула вперед:

— Тогда идем!

— Ты мне не доверяешь?

— Тебе доверяю. А тому, кто заставляет бронзовых псов поворачивать головы в мою сторону, — нет. Если вдруг что, у меня будет время спастись и спасти тебя. Ступай вперед!

Они сделали несколько шагов, прошли мимо бронзовых зверей, и только тогда Марга отпустила спутника.

— Какие ловушки нас ожидают дальше?

— Какие еще ловушки! Ты в храме!

— Что с того? Итак?

— Ах да — заходя в личные покои святейшего Тулума, склони голову.

— Вот видишь! Если что-нибудь вспомнишь, скажи мне заранее.

Хаста громко вздохнул и толкнул дверь.

— Входите скорей! — послышался изнутри звучный приветливый голос верховного жреца.

Хаста невольно расплылся в улыбке. Марга быстро огляделась, прижалась к стене, выставляя перед собой мешок со свитками в качестве щита. Немного помедлив, она перешагнула порог и, склонившись, поприветствовала главу храма.

— Душевно рад вас видеть!

Тулум поднялся с места и, выйдя из-за стола, направился к гостям.

— Почтеннейшая Марга! Я немало слышал о тебе от своих людей. И рад, что небо послало мне возможность лицезреть воочию грозную накхскую воительницу. Надеюсь, мой друг Хаста старался развлекать тебя в дороге.

— Уж точно скучать он не давал, — хмыкнула Марга, выпрямляясь.

Тулум с улыбкой поглядел на своего воспитанника: