Читаем Цифровой шквал полностью

Михаил Михайлович Бабалетов, тридцатидвухлетний доктор физико-математических наук, профессор, любил, чтобы старшие по возрасту, не говоря уже о младших или о студентах, которым он преподавал физику, относились к нему с серьезностью и уважением, и ради этого он постоянно держал свои тяжелые брови насупленными. Уважения Бабалетову хотелось с детства. Он всегда чувствовал, что знает и понимает больше сверстников, всегда в школьные годы был победителем различных олимпиад и конкурсов и, казалось бы, заслуживал уважения. Но сверстники не относились к нему серьезно. У них были другие приоритеты, и мало кто мог считать учебу главным для себя занятием. И Бабалетов мечтал доказать всем, что он превосходит их в развитии. Но насупленные с детства брови стали неотъемлемой частью его лица, и избавиться от этого было уже невозможно.

Михаил Федорович застал Бабалетова перед монитором компьютера, где тот изучал трехмерный макет местности, на которой предстояло проводить испытания. Трехмерные макеты с помощью спутниковых систем наблюдения стали делать совсем недавно. Стоило такое удовольствие, естественно, в пять с лишним раз дороже обычной карты, поскольку съемка изначально производилась с пяти спутников или с трех спутников, пролетающих над местностью пять раз. Данные космической съемки обрабатывались созданной специально для этого компьютерной программой, и результат слегка напоминал трехмерные изображения автомобильных навигационных систем, созданных, в принципе, по похожей схеме, но с использованием умения художников, а не мощных спутниковых объективов. Однако спутниковое изображение существенно отличалось точностью и подробностью и было лишено условностей. Одновременно на другом мониторе того же самого компьютера была изображена какая-то странная сеть, которую профессор время от времени, ухватив курсором мыши, переносил на трехмерный план, просматривал и убирал обратно, чтобы исправить.

– Должно же у меня получиться... Как вы думаете, получится?

Вопрос прозвучал почти весело и относился к вошедшему в кабинет подполковнику военной разведки, показывая, что у Михаила Михайловича и без того все получается и оттого он находится в прекрасном расположении духа. А нахмуренные брови никакого отношения к настроению не имеют, потому что лицо Бабалетова давно привыкло к такому выражению и не изменялось под влиянием эмоций. Профессор работал. Однако в этой работе подполковник Шерстобитов ничего не понимал, да и не пытался понять, справедливо считая, что профессор Бабалетов ничего не понимает в боевых действиях, и потому пусть он занимается своим делом, а военные разведчики – своим. Такая договоренность существовала сразу и устраивала обе стороны.

– А что мне, собственно, Михал Михалыч, над этим думать... Мое дело – организовывать конкретные действия для получения строго определенного результата. А думать о решении технической стороны вопроса – ваша прерогатива. На мониторе, как я понимаю, то самое место...

– То самое... Программа смоделировала местность в формате 3D. Это удобно для работы. Вам тоже, кстати, требуется заиметь такую модель. Так ориентироваться легче, чем на карте. Непосредственные исполнители прибыли?

– Я только что отправил их отсыпаться. Они двое суток проводили боевую операцию, после нее требуется отдохнуть. Можете этот макет на мой компьютер сбросить?

– Вот только сетку подгоню под размеры, закрою программу и сразу сброшу. Это через пару часов. Устроит?

– Вполне. Заодно меня интересуют весовые характеристики груза. Отдельно самого груза и отдельно механизма самоликвидации. Тоже, пожалуйста, перебросьте.

– Я же еще вчера...

– Вы вчера мне только габариты дали. Длина, ширина, высота... Эти параметры устраивают. Но интересно было бы узнать и вес. По отдельности... Людям придется тащить на себе груз, и я должен рассчитать дневные переходы. Каждый переход всегда определяется из расчета груза, который приходится нести, профиля местности, по которой проходит маршрут, и подготовленности личного состава. Без этих характеристик произвести расчеты невозможно.

– А без таких расчетов они до места не дойдут?

– Дойдут. Но могут идти или слишком быстро, или слишком долго. Перебросьте весовые характеристики...

– Хорошо. Я думал, я все перебросил...

– Чай будете?

– Кофе.

– Я распоряжусь, чтобы вам принесли. А себе закажу чай. Все равно этот кофе – не кофе... Если что, я в кабинете буду.

Подполковник вышел, аккуратно и без стука прикрыв за собой дверь. Профессор проводил его взглядом, нахмуренными бровями пошевелил, усмехнулся и вернулся к своей работе. Это для него было интереснее, чем размышления о дневных переходах военных разведчиков...