Читаем Циферщик (СИ) полностью

"Как? Как он заподозрил что-то? Я ведь не давал никаких поводов! Неужели он заметил порезанную штанину? Нет, вряд ли. Да если бы и заметил, что с того?" Вспоминая свой тяжёлый груз на заднем сиденье, размышлял Виктор, судорожно стараясь отыскать хоть какой-нибудь спасительный довод. Ничего лучше, он придумать не смог:

- Товарищ старший лейтенант, давайте я сам сбегаю? Они не пожадничают, все семнадцать найдём, а то и двадцать!

- Ну, сейчас и посмотрим. Выходи давай, вон твой пассажир уже к нам переваливается.

И вправду, сквозь снежную пелену по направлению к ним двигался Андрей, усердно шатаясь из стороны в сторону, будто на сильном ветру. В голове Рыкова "головоломка "Тойоты"" благополучно складывалась, обещание Виктора Александровича о двадцати тысячах приятно грело душу, а вид приближающегося пьяного тела заглушал растущую тревогу.

А вот у Вити тревога нарастала всё больше. Он видел, что руки его друга спрятаны за спину, он видел, что эта кажущаяся неловкой и пьяной походка - лишь ширма, а глаза Андрея трезвы и сосредоточены. "Зачем он идёт сюда? Что с Катей? Почему он так странно смотрит?"

- Нет, не выходите! - прихватил Виктор за рукав полицейского, который уже открывал дверь машины. Рыков с удивлением и раздражением обернулся на него:

- Это что ещё за номер?! Ну-ка вышел из машины, быстро!

Андрей уже бесцеремонно опёрся руками на капот патрульной машины и с показным пьяным безразличием дожидался, пока находящиеся в ней люди выйдут наружу.

Виктору не оставалось ничего другого, как молча послушаться и с нехорошим предчувствием нехотя покинуть уют и безопасность салона.

- О, Витян! Ты чего сам ушёл, а ключей не оставил?! Мы с Катюхой там чуть не околели! - развязно проговорил Андрей навстречу вышедшим из машины людям.

"Мы с Катюхой... Ладно, значит, она ещё жива, а он вроде не собирается ни на кого нападать".

- Да кто вас знает?! Ты что за руль-то цеплялся, идиот?! Теперь я за вас расплачивайся! Ух и должен ты мне теперь! Ключи вам ещё оставь, чтобы вы вообще смылись, синьки е... проклятые?!

- Так, граждане, к машине проходим! Я сейчас.

Рыков зачем-то полез внутрь своей машины. Тем временем, Виктор резко сравнялся с Андреем, взял его под руку и повёл в сторону своей "тойоты".

- Деньги нужны. Шесть тысяч, минимум. Давай карманы облегчай. Ты что вообще выперся?

- Вы бы ещё дольше просидели. На самом деле, в машине прохладно. У меня только косарь, - Андрей быстро всунул бумажку в карман друга. Всё принимало совсем другой оборот, чем он планировал. Увеличивалось вероятность того, что гаишник может догадаться, что их третий пассажир далеко не в том состоянии, которое ему хотели придать. Андрей чувствовал нож в рукаве и твёрдо намеревался пустить его в ход, если ситуация начнёт выходить из-под контроля.

Виктор вёл своего друга под руку, стараясь не забывать, кто на самом деле идёт рядом с ним. В его голосе и поведении сохранялось разумное, адекватное состояние, в котором он и привык наблюдать Андрея. Но невозможно было забыть, что в рукаве у него был совсем не туз, а нож, который тот в любую секунду мог вынуть и пустить в ход. Нож, который тот так и не отдал Виктору.

- Мальчики, ну что так долго? Я домой хочу! - встретила парней вышедшая из машины Катя. Голос её был явно наигранным, но при этом создавал очень натуральное пьяное звучание.

Андрей быстро сел обратно на своё место. Виктор подошёл к девушке и чуть слышным шёпотом проговорил:

- Нормально всё? Слушай, Катя, деньги нужны, тысяч восемь, - та, без лишних разговоров, сразу достала из сумочки, которую держала в руках, кошелёк и вручила Виктору две купюры по пять тысяч. Тот лишь кивнул, взглядом пригласив девушку сесть на своё место, а сам прислонился к двери от водительского места и стал дожидаться Рыкова.

Старший лейтенант неторопливо, вразвалочку, вопреки бушующему снегопаду продвигался к автомобилю нарушителей. Виктор двинулся ему навстречу, протягивая деньги. Рыков тут же схватил их, неуловимым движением засунул в один из своих карманов, едва заметно кивнув.

- Багажник, будьте добры, к осмотру.

- Багажник? Может, мы поедем уже? Время позднее... - робко проговорил Витя, заметив, что старлей, копаясь в машине, прихватил с собой автомат, который сейчас ненавязчиво бился патрульному о бедро.

- Я бы отпустил, но сам понимаешь... Багажник к осмотру! И пассажиров попрошу выйти из автомобиля!

Пассажиры, как будто ожидая этого приказа, сразу высыпались на улицу.

- Командир, давай быстрее, пожалуйста! У нас и так товарищ уже заснул, не дождавшись.

Рыков увидел девушку, которая нетвёрдой походкой вышла из машины, потом, не особо всматриваясь, оценил содержимое багажника. "Да вроде всё нормально, но..."

- А что, вашему другу особое приглашение нужно? Пассажир, выйдите из машины, пожалуйста! - Рыков потянулся вперёд, протягивая руку, чтобы задеть и разбудить нерадивого пьянчугу, но тут же его резко оттолкнул второй пассажир с заднего сиденья. Рыков изумился такой дерзости и уставился на неприметного, с раскосыми пьяными глазами молодого человека, который теперь стоял между ним и "тойотой".

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее