Посмотреть результат работы приехал сам Кэрби Морфеус в легком открытом джипе. Он обходил казармы, бил ногой по стенам, осматривал внутреннее пространство и давал свою оценку. После его обхода определились штрафники, которым сегодня предстояло остаться без ужина. Впрочем, последних определить было проще всего — это те, кто даже не достроил свои казармы. Таких сотен насчиталось три. Сейчас они ходили по всей территории и выжимали последние остатки строительной пены из валявшихся баллонов, чтобы доделать недостающие кирпичи.

— А твои как управились, Гром?

— Весьма похвально, Командор, сначала их, правда, загнали в центр, где им ничего не светило, но потом один паренек их в атаку повел.

— Тот, что в рваной рубашке?

— Так точно.

— Я так и думал…

— Как вы догадались, Командор?

Морфеус лишь усмехнулся, ничего не ответив.

— Давай их на помывку и все такое… Там уже все готово.

— Слушаюсь.

Гром отбежал к своей Хромой сотне.

— Эй, облезлые собаки! За мной на помывку и жрачку!

28

Чтобы добежать от казарм до основного лагеря, потребовалось раза в четыре больше времени, чем утром. Уставшие на изнурительном строительстве, без капли воды, люди постоянно падали, чем заслуживали от сотника весьма нелестные замечания и болезненные тумаки. Тем не менее, все добежали, сотник никого не пристрелил, хотя не раз это обещал.

Люди оказались в другой части разбойничьего лагеря за складами. Здесь они увидели большущий бак, возможно, топливный и множество трубок от него с душевыми набалдашниками на конце.

— Сбрасывайте свое барахло, больше вы его не увидите, и мыться!

Люди начали раздеваться.

— Получить шампунь! — закричал седой старичок, потрясая бутылочками без этикеток.

Люди с готовностью подставляли руки и спешили под душевой распределитель. Наконец пошла вода. Рон немного расслабился. Теплая вода, нагревшаяся за день от солнца, словно снимала усталость. Все начали ожесточенно мыться, шоркаться выплеснутым в руки шампунем.

Тут кто-то дико заорал. Рон быстро протер глаза от пены, стараясь как можно быстрее заметить возможную опасность, и увидел, как кто-то скачет на месте, а в руках у него волосы. Потом закричали еще несколько человек.

Финист с большим подозрением потрогал свою голову и понял, что облысел. Шампунь оказался с подвохом.

Сотник Гром счастливо ржал. Видимо, эта шутка готовилась давно, потому как в стороне дико смеялись еще несколько десятков человек, тыкая в голых скачущих и шокированных людей пальцами.

В итоге после помывки все оказались лысыми.

Рон обеспокоился: навсегда ли это? Может, они отрастут еще?

«Какая тебе разница? — спросил он себя. — Ты больше уже не принадлежишь себе, ты — расходный материал, так стоит ли беспокоиться из-за каких-то там волос?»

— Одевайтесь, яйцеголовые! — загремел сотник Гром, отсмеявшись и утерев выступившие слезы. — Одежда и все необходимое у тех складов!

Члены Хромой сотни потянулись в сторону указанных сотником складов. В дверях одного из них каптер раздавал единообразную одежду: майки, трусы и обычные матросские робы — черные штаны и синяя гимнастерка. К этому прилагалась смешная белая шапочка и платок для защиты от пыли.

«Не иначе как со склада Военно-космического флота», — подумал Рон.

— Будьте благодарны Повелителю за его щедрость, бильярдные шары! — тем временем продолжал гудеть Гром. — Вы получаете новенькую форму прямо со склада, а не какие-то вшивые обноски!

Из второй машины им выдавали еще кое-что немаловажное: обувку с двумя парами носков внутри. Раздатчик интересовался размером, сверял его с размером комплекта и, если совпадало хотя бы приблизительно, бросал обмундирование под ноги. Рон получил одежду размером больше своего и порадовался, что не на размер меньше.

С третьего склада выдали ремень, на котором Финист с еще большей радостью обнаружил литровую пластиковую фляжку и подсумок со столовым набором, состоящим из пластиковой чашки, ложки и кружки.

— Как видите, Повелитель щедр и заботится о своих будущих солдатах, обеспечивая их всем необходимым.

— Теперь вы рекруты, макаки бритые! Гордитесь этим званием!!! — продолжал кричать Гром, прохаживаясь вдоль одевающихся… рекрутов.

Вслед за Хромой сотней начали подтягиваться прочие сотни.

— Пошли жрать, бошкозадые!

Прием пищи прошел цивилизованнее, чем утром. Раздатчики-рабы, занимавшиеся также приготовлением пищи, накладывали в чашки всю ту же бобовую кашу с непонятными добавками, а воду рекруты черпали из бака, стоящего рядом. Здесь же они наполнили свои фляжки.

— Построиться, глисты ленточные! Сейчас я каждому нарисую на груди номер и буду звать вас по номерам, потому как вы не достойны иметь собственные имена!

Сотник Гром, проходя вдоль строя, рисовал у каждого на груди химическим карандашом жирную цифру. Рону досталась цифра пятнадцать.

— Отлично! А теперь — на представление, мартышки бесхвостые!

«Представления» перед тем же холмом с креслом почти у самой вершины пришлось ждать долго. Его, видимо, хотели показать всем сразу, и пришлось ждать, пока подойдут остальные помывшиеся и переодевшиеся рекруты в таких же черно-синих робах и с белыми шапками на головах.