Читаем Цепи земли полностью

Поттер вернулся в ярости. После его ухода Драко попытался взять себя в руки и встретил аврора с некоторым подобием самообладания. Которое полетело к Мерлину, когда Поттер вошёл через балконную дверь, запустил пальцы под пояс брюк Драко и притянул к себе для поцелуя. Можно сказать, это было напрягающие и очень манящие. И кроме того, гораздо лучше успокоило нервы Драко, чем всё его нытьё и проклинание собственной судьбы, даже не смотря на бонус в виде видений. На этот раз Драко их проигнорировал, целиком сосредоточившись на ощущениях от губ и языка Поттера. Гнев аврора явственно чувствовался, но был направлен не на Драко, а на его врагов. Эта мысль пьянила.

-Я скучал без тебя,- небрежно сказал Поттер, опуская руки на талию блондина и притягивая того ещё ближе. Они целовались дольше, чем Драко рассчитывал. Желание знать, что нашёл Поттер плюс долгий танец губ и языков не давали концентрироваться, особенно, когда кровь, которая должна питать мозг, мигрировала в нижние регионы тела.

-Что..?- попытался Драко, немного отодвинул Потера и попробовал снова,- что ты выяснил?

Поттер тяжело вздохнул и отодвинулся, словно расстояние между ними позволит рассказать плохие новости. Драко потянулся за ним, не желая терять контакт с кожей аврора. Он предпочёл бы не ощущать предчувствие всякий раз, когда Поттер касался его. Он обхватил пальцами запястье Поттера и слегка придержал. Поттер не отодвинулся:

-Извини. Клерк на Диагонн-аллее ничего не помнит кроме того, что это был мужчина. Он был в закрытой чёрной одежде и капюшоне. Клерк ещё помнит, что у того, вроде бы, крупные руки. Никаких драгоценностей не замечено. Он заплатил галлеон и написал твой адрес на листе пергамента. Клерк не помнит, чтобы он сказал хоть слово. Что ещё хуже, на пергамент были наложены маскирующие чары, чтобы нельзя было опознать магическую подпись,- свободной рукой Поттер в сердитом расстройстве взъерошил волосы и выругался,- я не могу в это поверить!- он почти кричал.- Я не могу поймать одного-единственного грёбаного преступника!

Драко, который подумал весь день о том же самом, вдруг решил, что крайне важно утешить аврора, но оскорблённый аврор не мог остановиться:

-И теперь они посылают тебе сообщения, высмеивая меня и мою проклятую неспособность помочь тебе! В довершение всего, у тебя намечено посещение в Азкабане твоего отца, и он без сожаления убьёт меня, когда я меньше всего буду этого ожидать. Быстрый взмах палочкой посреди оживлённой улицы, шёпотом Авада Кедавра, и со мной будет покончено без особый усилий. Честно, я часто спрашивал себя, почему Волдеморт не подумал об этом?

Драко нахмурился, не желая, чтобы Поттера убили таким бессердечным образом или ранили, взял на заметку не выпускать Поттера на улицу в людное время.Грейнджер его бы поддержала.

-Поттер,- спокойно сказал Драко, поднимая руку к щеке аврора. Зелёные глаза тут же уставились на него, грудь поднялась и опала - он глубоко вздохнул и вновь шагнул к Драко:

-Извини,- сказал он,- я хочу, я должен сделать всё возможное...- рука Поттера дотронулась и скользнула по краю одного крыла, лаская мягкие перья и посылая через тело Драко словно электрический разряд, заставивший того задрожать. Поттер или почувствовал реакцию, или увидел, потому что это отразилось на его лице - глаза распахнулись и потемнели, а вторая рука повторила те же движения на другом крыле. Драко подумал, что едва ли будет честно, если он свихнётся от того, что Поттер ласкает его эрогенные зоны, но проклятый аврор, казалось, получал не меньше удовольствия, наблюдая за реакцией Драко.

-Мерлин,- выдохнул Поттер,- они правда, чувствительные?

-Да, Поттер, чёрт тебя побери. Правда.

Поттер улыбнулся - практически просиял - и Драко почувствовал, как его сердце опасно прыгнуло. Он не может - не должен - ощущать к Поттеру что-то, кроме обычной похоти. Ну и, возможно, восхищение,- но это он чувствовал уже давно, хотя даже себе редко в этом признавался. Однако он не мог остановить затопившее его странное тепло, когда Поттер придвинулся ещё ближе, чтобы поцеловать.

Громкий стук в окно привлёк внимание Поттера раньше, чем он смог закончить поцелуй. Он нахмурился, очевидно, узнав сову.

-Это Джинни,- бестолково сказал Поттер.

Драко напрягся, но аврор, казалось, не заметил этого. Повернувшись, он подошёл к французским дверям и открыл одну створку, чтобы впустить сову. Желтовато-коричневое, пёстрое существо облетело комнату и уселось на плечо брюнета.

-Привет, Арктур,- нежно сказал Поттер, гладя сову по грудке. Драко почувствовал волну ревности, имевшую с животным мало общего. Прищурившись, он смотрел, как Поттер отвязал послание, развернул и прочёл. Нахмурился, позволив листку свернуться вновь в трубочку:

-Я должен идти.

-Она поманила и ты побежал?- съязвил Драко.- Даже сейчас?

Поттер пристально посмотрел на него:

-Не похоже на «поманила».

Драко ощутил, как в нём поднимается волна гнева, затопляя прежнее чувство привязанности:

-Ты ничего не должен объяснять мне, Поттер. Беги к ней, что бы не случилось.

Подняв руку, Поттер шагнул к нему:

-Драко...