Читаем Цензор полностью

Свет от мониторов озарял людей – человек десять, если не больше. И еще кто-то по углам, неразличимые в темноте…

Все они суетились, шептались, иногда подходили к ноутбукам, что-то делали… А в центре этой суматохи, как скала, возвышался полковник. Здоровенный плотный дядька с бычьей шеей, коротко стриженный, уже начинающий седеть.

Широко расставив ноги, заложив руки за спину. На скуле гарнитура.

– Камеры? Инфракрасные прожекторы? – командовал он.

– Готово… – раздалось из динамиков на столе.

На нескольких мониторах вспыхнули картинки: вид парка, с разных сторон. Ночь, но на мониторах все видно, как на ладони. Будто днем. Все-все видно, каждую травинку, каждый кустик. Только цвета странные, и небо – черное-черное. Вид с камер, работающих в инфракрасном режиме?

Все камеры нацелены на часовенку. Свежий деревянный сруб с крылечком, на самом верху купол из гнутых листов стали, словно бутон из стальных лепестков. Инфракрасные прожекторы отражались в них, как солнце в позолоте.

Стены часовни потемнее, а окна совсем черные…

– Он точно там? – спросил полковник.

– Да, – отозвались динамики. – В тепловизор был виден его след на земле. Он дошел до часовни, и из нее не выходил. Правда, след был странный…

– Что значит – странный? Выражайтесь яснее!

– Будто он волок что-то теплое…

Меня взяли за руку, я оглянулся.

Из полумрака на меня глядел Семен. Уже здесь. А вон и Андрей… Тоже примчался помогать, когда узнал, что случилось.

– Константин Сергеич, – зашептал Андрей. – Ну хоть вы ему скажите, что штурмовать нельзя…

Я уже и сам увидел то, чего опасался больше всего.

На мониторах. Сразу не рассмотрел, а теперь, когда глаза привыкли к странным цветам…

В траве, метрах в тридцати от стены сруба, вжимался в землю человек. А вон еще один… И еще…

Трое. Ползут к часовне.

К часовне, в которой засел Стас…

– Второй, третий! – рявкнул полковник в гарнитуру. – Быстрее на дистанцию! Первый уже ждет.

– Стойте! – позвал я. – Прекратите штурм.

Люди, кружившие вокруг полковника как мухи, шептавшиеся тихонько-тихонько и старавшиеся лишний раз не зашуршать одеждой, – замерли. Десяток пар глаз уставились на меня.

Полковник очень медленно обернулся.

– Эт-то еще кто такой?.. – процедил он, оттопырив губу. – Уберите, – распорядился он, словно речь шла о каком-то таракане, которого раздавили, а теперь неплохо бы и останки вытереть салфеткой.

И в тот же миг оказалось, что кто-то уже за моей спиной. Большой, сильный и умеющий выкручивать руки. Я чуть не взвыл, когда он до предела вывернул запястья, а потом локоть и плечо.

А полковник, как ни в чем ни бывало, развернулся обратно к мониторам, поправил гарнитуру у себя на скуле:

– Узел!

– Первый и третий вышли на позицию, – откликнулись динамики на столе. – Второй выдвигается.

– Медленно выдвигается! – рявкнул полковник. – Сколько ему еще нужно?!

Я дернулся, но руку мне держали крепко.

– Полковник! – крикнул я. – Немедленно остановите штурм! Отмените!

Полковник досадливо дернул плечом, но все-таки обернулся ко мне. Окинул взглядом с головы до ног и усмехнулся:

– Отменить? Это еще почему?

– У вас ничего не выйдет, полковник. Он перебьет ваших людей, как цыплят.

– Да ну?

– Да. Вы не понимаете, с кем имеете дело. Это не обычный парень, засевший в доме с оружием, это…

– Я знаю, что не обычный! – рявкнул полковник, прищурившись. – Обычный не выпотрошил бы два десятка человек по пути в эту часовенку! Мясник недорезанный…

– Он не мясник, – холодно сказал я. – Он цензор.

– Да хоть сам господь бог! Мои ребята возьмут его и теперь уж самого настругают мелкой окрошкой, ур-рода…

– Подождите, полковник, – я постарался говорить мягко. Спокойно. – Остановитесь. Не надо никакого штурма, дайте мне просто переговорить с ним…

– Некогда разговаривать! Светает уже. Скоро совсем светло будет. А для штурма нужна – темнота!

– Полковник, даже в темноте у вас ничего не получится. Неужели вы не видите, что он что-то задумал? Ну хотя бы вспомните, как легко он снял вашего человека из оцепления!

Я мотнул головой назад. Туда, где за стенами кафе ларек, а под ним снайпер, – лишившийся и винтовки, и жизни…

Полковник поджал губы.

– Это был не мой человек. Первичное оцепление производили не мы, а… Р-раздолбаи! – налился он кровью. – Дали ему выйти из торгового центра, подобраться к их снайперу и зарезать его! Распотрошить, как свинью! Взял его же винтовку – и совершенно спокойно ушел дальше в парк! В эту чертову часовню…

– Тем более, полковник. Разве стал бы он останавливаться в этой часовенке, когда мог совершенно спокойно уйти за ваше оцепление… если бы у него не был припасен какой-то козырь?

– Не мог! Дальше второе кольцо.

– Это ничего не меняет. Он прошел бы и через второе кольцо оцепления, и через третье, если бы оно было, и вы прекрасно это знаете! Он явно что-то задумал, и…

– Нечего тут задумывать! Некуда ему деваться, с-суке! Может, он бы и просочился в канализацию, да только нет там под часовней ничего! И местность просматривается вокруг на сотню метров – разве сами не видите? Он в капкане. В надежном капкане.

– А может быть, именно поэтому он и засел в этой часовне?