Читаем Ценные бумаги. Одержимые джиннами полностью

Димамишенин: Я читал у Федора Раззакова о фильме, который снимал Талгат о своих Духовных учителях. Это был документальный фильм? Он пропал в КГБ? Говорят, что он был 10-минутный…


Аркадий, ученик Мирзабая: Фильм Талгата Нигматулина не был 10-минутный и не был документальный. Назывался «Прощание». Наверное, хранится в архивах КГБ. Талгат говорил, что снимает высоко-восточно-психологическую драму о том, как после войны (WW2) в поселок возвращается единственный уцелевший воин (Абай), и узнав, что вернулся только он один, говорит отцу (Мирзабаю), что не может жить в ауле, где все, кроме него, не вернулись. От этого фильма у меня только один кадр, подаренный Абаем в 83-ем, отрезанный от мотка кинопленки совсем не на десять минут. Час минимум. Хотя, я не киношник. 10-ти минутным был другой фильм. Точнее, наверно, 5-ти минутным. Снят он был одним московским мальчишкой. Фильм я видел. Фильм на 8-ми миллиметровой пленке. Хотя, может уже и перевел кто-нибудь минимум на видеокассету.

Димамишенин: А как вообще освещались события в то время, Аркадий? Процесс и следствие? Я был тогда ребенком лет 13… Помню, вроде бы был какой-то документальный фильм про трагические события 1985 года и Талгата Нигматулина… Или мне казалось, что фильм, а на самом деле это были отрывки разных документальных съемок разных людей в ТВ-передаче «Человек и Закон» о самом судебном процессе и быте учеников Мирзабая и Абая? И статью я читал В. Стрелкова, где Абая и Мирзабая называли мракобесами чуть ли не на службе у ЦРУ, в журнале, также носившем название «Человек и закон»! Вы видели эти материалы тогда?


Аркадий, ученик Мирзабая: Документальный фильм о трагических событиях 85-го мне неизвестен. По-моему, его не было. Я бы знал. Мы с друзьями общались и обсуждали все, что происходило вокруг нас. Талгат не мог быть величиной, заслуживающей еще и фильма. Помню отрывки из фильма про «волчью яму», но целый фильм?! Не представляю. Кто был Талгат в масштабе страны? Актер-предвестник кинобоевиков. Пропагандист запретного негуманного спорта. Не тот, чтобы прям фильмы о нем делать. Легко понимаю культ Талгата у азиатов. Стайные этносы, понимая свою ущербность, дико радуются любому проявлению, показывающему, что они не так уж второсортны. Но фильм? Хватит газет и передачи «ЧиЗ».


Статья в журнале «Человек и закон» сильно безответственная. Статья, описывающая события в Вильнюсе, просто тенденциозная хроника. Ее автор, Леонид Словин, тогда искал материал для своей «сказки». Так он называл будущий детектив про розыски пропавшего актера. К делу Борубаева у него был символический, формальный интерес.


Литературную газету читал только одну. Статью «Странники». Статья двусмысленная. Смысл статьи вполне трактуется и в нашу защиту.


Димамишенин: Расскажите подробнее о Вашем разговоре с Леонидом Словиным? Как он общался с Вами? С недоверием? С неприязнью? Или дружелюбно?


Аркадий, ученик Мирзабая: Детектив про актера, это были планы Леонида Словина. Я с ним курил в туалете Верховного Суда Литвы. Его мысли показались мне потрясающе формальными и безответственными, но без злости. Он сказал, что собирается писать книгу и связь с нашим делом чисто по актеру.


Он общался «профессионально». Он бывший адвокат. Первое его замечание было очень человечным. «Судят литовские судьи — узбекского дервиша». Этим Леонид Словин расположил к себе, и мы разговорились. Он был за официальную версию, но, узнав мои аргументы, полностью переменил свое мнение. Вину в непредумышленном убийстве мы сомнению не подвергали. Общался он доброжелательно.


Его книги мне не нравились, и новую я не искал. Ему этого не сказал.


Из письма Леонида Словина автору:

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Ваше сердце под прицелом…» Из истории службы российских военных агентов
«Ваше сердце под прицелом…» Из истории службы российских военных агентов

За двести долгих лет их называли по-разному — военными агентами, корреспондентами, атташе. В начале XIX века в «корпусе военных дипломатов» были губернаторы, министры, руководители Генерального штаба, командующие округами и флотами, известные военачальники. Но в большинстве своем в русской, а позже и в советской армиях на военно-дипломатическую работу старались отбирать наиболее образованных, порядочных, опытных офицеров, имеющих богатый жизненный и профессиональный опыт. Среди них было много заслуженных командиров — фронтовиков, удостоенных высоких наград. Так случилось после Русско-японской войны 1904–1905 годов. И после Великой Отечественной войны 1941–1945 годов на работу в зарубежные страны отправилось немало Героев Советского Союза, офицеров, награжденных орденами и медалями. Этим людям, их нередко героической деятельности посвящена книга.

Михаил Ефимович Болтунов

Документальная литература / Публицистика / Документальное