Читаем Цена слова полностью

- Да, давай, скажи это. Не можешь? Ахах, а я могу! И скажу. А скажу вот что: все, что было сказано о твоей жене выше - чистая правда, нравится тебе это или нет, а ты собирай свои никчемные силы и кости и вали отсюда, нищеброд! - завершая словесную стычку, Рэндолф Кобара высказал все, что о нас с моей женой думал.

- Мы не закончили, - говорю я. - Придет еще время, когда я смогу сказать тебе все, что должен был сказать сейчас, - говорю через плечо слова и, поникнув, ухожу. Расстроенный и потерпевший полную неудачу.

***

День у меня выдался очень тяжелым. Не столько физически, сколько эмоционально. Мой начальник, которого зовут Дрю Карлайл, очень требовательный и строгий парень. В свои двадцать три он создал свою компанию по доставке сверхчувствительных микрофонов буквально из ничего, имея лишь амбиции и троих товарищей с большими мускулами, а уже через три года приобрел и оборудовал собственное трехэтажное здание, в котором было с дюжину офисов и два складских помещения, в которых трудилось около двух десятков сотрудников. Я не знаю что было в промежутке, так как вряд ли можно было сразу на такое огромное здание заработать, но, в любом случае, сделал он реальные вещи и в столь краткие сроки.

Возвращаясь к той троице, я хорошо знаю, что друзьями он тех лбов не называл, ибо с самого начала их общения помыкал и управлял ими так, как только вздумается. Предложив этим ребятам идею, от которой те не смогли отказаться, так как были в безвыходном финансовом положении, с того же момента стал их предводителем и полноправным хозяином, обещая не просто вытащить из нищеты, но и позволить заработать хорошее состояние, дабы те более никогда не нуждались ни в чем. Мозгов у этой у них оказалось не более, чем у моллюсков и видели они перед собой лишь выгоду, а так как сами не могли ничего прибыльного придумать, потому без промедления поддержали идею и пообещали всецело и беспрекословно слушаться, выполняя все требования новоиспеченного начальника.

Фирма «Карлайл Майк Консалтинг Дистрибьюшн», сокращенно «КМКД», хоть и не приносила желаемых доходов, тем не менее, она была единственной возможностью для меня со своей женой оставаться на плаву, скромно живя в нашей маленькой съемной квартирке; к тому же, в весьма недоброжелательном районе.

Работа здесь была не сложной: сидишь за компьютером и принимаешь заказы на доставку микрофонов по указанному адресу, получаешь оплату и перенаправляешь заказ в отдел логистики. Сложность заключалась в том, что заказов было много и за любую ошибку, такую как неверно указанный адрес в отчетном файле, или непринятый вовремя заказ, выносились строгие наказания, которые всегда выливались в вычеты из заработной платы и угрозами увольнения.

Сегодня был один из таких дней, когда я всего лишь на десять долларов ошибся в личном итоговом файле, который к концу рабочего дня выгружал на общий сервер. Менеджер, как обычно бывало в конце каждого дня, производил общий подсчет оборота фирмы и нашел опечатку в моем файле. Он, конечно же, сразу донес это Дрю, который тут же позвонил мне и беспристрастным голосом сообщил, что эта оплошность для меня будет стоить четырехкратной суммы от этой ошибки, а сам штраф будет немедленно списан с моего счета.

Никому не было понятно почему именно в таком размере был штраф, ведь опечатка была найдена, а это означало лишь то, что фирма не понесла никаких убытков; на то ведь и нужны эти менеджеры, как я считаю. Видимо он, как начальник, хотел именно таким образом самовыражаться, показывая кто здесь босс. Дело лишь в том, что все и так это знали и по мнению кадров, никакого смысла подобное делать у него не должно было быть; разве что он таким образом показывал сильную хватку своих ежовых рукавиц, в которых он держал всех работников фирмы. Смельчаков пожаловаться на эти порядки, естественно, никогда не находилось, ибо в те редкие случаи, когда кто-то выражал свое недовольство подобными внутренними законами, к утру следующего дня терял свое рабочее место, а на него приходило двое, а то и трое таких же, желающих поработать.

Да, текучка кадров была большой, а компания тем временем неумолимо росла и процветала.

Сумма в сорок долларов была для меня достаточно высокой. Этих денег нам с Даяной могло хватить на несколько дней достаточно неплохо питаться, и понимая, что я их уже потерял, выйдя из офиса двинулся в «Бирхаус» - небольшой бар, в котором по выходным можно было недорого посидеть, осушив два-три бокала холодного пива и морально отдохнуть, а иногда даже приятно побеседовать с другими ребятами, которые заходили туда по той же причине. По пути в бар я проверил состояние счета, на котором, я надеялся, есть хотя бы какая-то сотня, но там находилось всего лишь двадцать восемь долларов, а значит позволить себе я мог лишь два бокала светлого пива по семь долларов, возможно, чего-то к пиву, ну и десять оставшихся - на билет домой.

Потеря денег и мысли о дальнейшей жизни погрузили меня в очень неприятные размышления, а вслед за этим мое настроение упало ниже плинтуса.