Читаем Цена притворства полностью

Когда я вошла, оба замолчали и взглянули на меня. Кавказец с неприкрытым интересом рассматривал меня как диковинную зверушку, Данила же лишь бросил короткий взгляд, в котором отчётливо читалось беспокойство. Бегло осмотрев меня на предмет телесных повреждений и не выявив таковых, он снова отвернулся.

— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — нарушила я воцарившееся молчание.

Незнакомец криво усмехнулся, посмотрел на Данилу и вернулся ко мне взглядом.

— Добрый вечер, барышня. Прошу прощения за то, что пришлось вас вырубить. Вы тут, голубки, стрельбу в лесу устроили, — хмыкнув, он красноречиво посмотрел на Данилу, а мне шутливо поклонился, — каюсь, не сразу оценил ситуацию. Вы ведь, барышня, скорее всего, зайдя внутрь, шум бы поднять изволили. А этого нельзя было допустить.

— Кто вы? — я непонимающе уставилась на этого человека.

Выглядел он, мягко говоря, не очень. Белёсые шрамы, скорее всего от ожогов, покрывали ту часть лица, которой он как раз ко мне повернулся. Из-за них, похоже, один глаз открывался не полностью, и казалось, что мужчина щурится. А сарказм и злая ирония, сквозившие в его словах, производили и вовсе отталкивающее впечатление.

Повинуясь минутному импульсу, я приблизилась к Даниле и, встав за его спиной, положила руку ему на плечо (сама не знаю, почему это сделала и что это должно было означать). Данила дёрнулся, как от удара, машинально накрыв мою руку своей ладонью. Впрочем, он сразу же её убрал, будто очнувшись. Похоже, наши с ним тела действовали скорее на голых инстинктах, чем ведомые мыслительным процессом. Незнакомец же лишь усмехнулся, наблюдая за нами.

— Ася, это Саид — мой армейский товарищ, — ответил вместо него Даня.

Если честно, на товарища, тем более армейского, он не походил. Скорее казалось, что воевали эти двое по разные стороны баррикад.

Саид вновь глумливо поклонился, демонстрируя мне всю степень своей иронии к происходящему.

— Весьма польщен! Сама Анастасия Пылёва почтила нас своим…

— Хватит ломать комедию, — прервала я этого клоуна из ночных кошмаров. — Повтори, что ты только что сказал о моём отце?

— А девочка у нас, оказывается, с коготками, — снова «прищурился» Саид.

Сейчас я поняла, что меня в нём пугало ещё больше, чем его шрамы. Его взгляд, хоть и пристальный, был мертвенно пустой. Перед ним, словно перед диким зверем, хотелось скрыться. Или сразу застрелиться, чтобы не мучаться. Может быть, у них, у ветеранов, это отличительная особенность? Это сколько же нужно было там повидать, чтобы сейчас так вот смотреть на мир? Рука машинально сжала плечо Дани, пусть и неосознанно, но ощутимо крепко.

Отставные палачи – вот они кто! Люди с травмированной психикой, которых научили убивать, а как с этим жить дальше, не сказали.

— Об убийстве твоего отца сейчас только ленивый не говорит, девочка, — усмехнулся Саид и добавил после паузы:

— И заказчики очень жаждут встречи с тобой. У них там с денежками проблема. Застряли кое-где, ага. Хотят трубы прочистить.

— Хватит, — пресёк Данила чрезмерную болтливость своего… хм, армейского товарища. — Всех, кто жаждет с ней встречи, сперва встречу я сам. Спасибо, что вернулся с новостями, больше не подставляйся.

— В доме нашли одиннадцать жмуров и одного болтуна, брат, — задумчиво проговорил Саид после паузы.

— Кто болтун? Андрей?

— Нет, Андрея наша девочка отпустила, — Саид улыбнулся мне, как голодная акула после сытого ужина.

Я же не разобрала ни слова из того, что он сказал. Вовсю напрягала мозг, но то ли он не был силен в разгадках ребусов, то ли отказывался разбираться в этой абракадабре, но кроме того, что я отпустила какого-то Андрея, я не поняла ничего.

— Экономка, — подсказал Саид, — некая Таисия Крайнова. Поёт в ментовке, что тебя, брат, в тот вечер Пылёв рассчитал. А спустя несколько часов, ты вернулся с шайкой головорезов, по-тихому перерезал глотки охранникам и отомстил Пылёву, забрав девочку с собой.

Данила горько усмехнулся, а до меня только сейчас дошло о каком Андрее речь.

— Наша Тая? Она не могла такого сказать! Она уже спала, когда всё произошло, — выпалила я.

— Значит, кто-то настоятельно порекомендовал ей говорить именно это. Не имеет значения, девочка, — резюмировал Саид. — Важно одно: из-за тебя слишком много проблем.

— Рот свой закрой, Саид, — предупреждающе прорычал Даня(по-другому не назвать). — Я ведь не посмотрю на то, что ты, хоть и не по крови, но брат мне. Свои проблемы я привык решать сам. И я их решу. Сам.

Саид поднял ладони вверх, демонстрируя капитуляцию. Лишь пробормотал досадливо, что-то типа: когда в дело вмешивается баба, нормальные мужики мрут.

* * *

— Почему ты не сказал, что не убивал отца? Почему молчал, когда я говорила тебе все эти ужасные вещи?

После того, как Саид ушёл, Даня больше не проронил ни слова.

— Посмотри на меня, — прошептала я и, протянув ладонь к его лицу, погладила еле касаясь, — прости меня, пожалуйста. За сегодня. И за то, что было раньше, тоже прости.