Мы сочли необходимым выделить две специальные темы в сфере противодействия пропаганде ненависти. Первая — проведение экспертизы в соответствующих уголовных делах. Сейчас уже достаточно ясно, что именно экспертиза стала чуть ли не основной ловушкой, в которой надолго или даже навсегда застревают уголовные обвинения в адрес пропагандистов ненависти. Юридическая ловушка оказывается эффективной даже в случаях, когда общественное мнение достаточно однозначно определяет обвиняемого как преступника. Надеемся, что статья специалистов НИИ Генпрокуратуры прояснит важность этой проблемы и даст представление о путях ее решения.

Вторая специальная тема — преследования исламистской партии Хизб ут–Тахрир. Эти преследования, сравнимые уже по масштабу с санкциями в адрес национал–радикалов, рассматриваются обычно либо как часть необходимой борьбы с мировым исламистским терроризмом, либо как пример вопиющего произвола правоохранительных органов, да еще с оттенком религиозной дискриминации. И тот, и другой подход имеют свои основания, но оба они, по меньшей мере, односторонни. В предлагаемой статье доказывается, что, хотя Хизб ут–Тахрир напрасно обвиняют в терроризме, есть серьезные основания обвинять эту партию в противоправной пропаганде.

Уже три года действует закон «О противодействии экстремистской деятельности», с которым когда–то связывались определенные общественные ожидания. Основываясь на наших исследованиях, мы представляем краткий обзор применения этого нового законодательства. Результаты, увы, довольно неутешительные. Очевидно, снова требуются определенные реформы в законодательстве. Соответствующие предложения Центра «СОВА» также публикуются в сборнике. Конечно, мы понимаем, что законодательные реформы в этой сфере находятся вне фокуса и государственного, и общественного внимания, что в обществе не существует даже подобия согласия в том, как именно следует ограничить противоправную деятельность, которую обычно называют экстремистской, но «СОВА» готова участвовать в практических обсуждениях реформы, и публикуемые предложения могут послужить одной из отправных точек для начала такого обсуждения.

Авторы второго раздела сборника анализируют разные аспекты русского национализма как идеологии и практики, пользуясь при этом довольно различным инструментарием. Так что не следует ожидать здесь единства оценок и терминологии.

Описываемые здесь организации и конкретные действия мы вовсе не обязательно рассматриваем как противоправные, многие группы, хотя и являются националистическими, противоправной пропаганды, на наш взгляд, не ведут и не должны преследоваться за свои взгляды.

Исследователь ультраправых движений Андреас Умланд обращает внимание на то, что организованный национализм является частью не только политики, но и гражданского общества. Эта непривычная концептуализация нуждается в серьезном осмыслении.

Своеобразной иллюстрацией к ней является локальное исследование Александра Тарасова о скинхедском движении в нетипичной ситуации решительного отторжения молодежной средой.

Статьи Александра Верховского и Евгения Мороза посвящены основным религиозным секторам формирования националистических взглядов — православному и неоязыческому (мы, разумеется, не рассматриваем эти секторы как аналогичные). Религиозный фактор в конструировании русского национализма — не единственный, но очень важный. Мы также сочли необходимым включить в сборник статью Марлен Ларюэль, посвященную Александру Дугину, который внес столь существенный личный вклад в это конструирование.

Вообще, русский национализм продолжает активно меняться прямо на глазах, и мы считаем, что необходимо внимательно следить за этим процессом. Эти идеологические и организационные изменения интересны и сами по себе, и потому, что они существенно влияют на уровень и качество угрозы, исходящей от радикальных проявлений национализма. Центр «СОВА» планирует продолжение и своего мониторинга, и исследований в юридическом и политологическом направлениях.

Преступление и наказание

Галина Кожевникова

Мы представляем вниманию читателей две почти одноименные статьи.

Первая является итоговым обзором проявлений радикального национализма в России и противодействия ему со стороны государства за 2004 год, предварительный вариант которого был обнародован 19 января 2005 г.[1] С тех пор данные (особенно сведения о количестве пострадавших от рук скинхедов) существенно пополнились, что и нашло отражение в нынешнем варианте отчета.

Вторая статья — такой же обзор за первое полугодие 2005 года.

Мы посчитали невозможным объединить их: слишком много новых тенденций, и негативных, и позитивных, характеризуют события наступившего года.

При подготовке этих статей были использованы материалы ежедневного мониторинга проявлений радикального национализма и противодействия ему, осуществляемого центром «СОВА» с 2004 года.