Читаем Цена короны полностью

И все же многие доживут до тех лет, когда им будет уже не по силам водить караваны. Прохаживаясь вдоль коновязи и щурясь от яркого солнца, они будут показывать шустрым парнишкам в выгоревших безрукавках, как надевать упряжь на верблюда, как заставить его опуститься на колени, чтобы закрепить на горбу груз, как подпилить рога муттуну и сколько корма задать коню, которого закончили вываживать после долгой скачки.

Но пока старость пусть не за горами, но и не за порогом, они сидят, потягивая светлый тулленский эль, и размышляют каждый о своем… а кто и вовсе ни о чем. Если услышите, как кто-то рассказывает про мытаря из вольного городка, повадившегося брать взятки, или о том, что шайку разбойников, которая хозяйничала во владениях наместника Гирса, наконец-то извели – благослови Сеггер почтенного Гирса и лорда Адрелиана!.. Если услышите, то знайте: этот человек вернулся в Туллен недавно. И прежде, чем смолкнет гул Большого колокола, возвестившего смену караула, новость перестанет быть новостью. Разговоры стихнут, и в «Трех смоковницах» воцарится безмолвие, нарушаемое лишь стуком кружек да голосом кого-нибудь из возчиков, подзывающего служанку… До тех пор, пока не распахнутся двери, по обычаю раскрывающиеся в обе стороны, и не войдет купец в богатом пыльном кафтане, желающий нанять с десяток крепких верблюдов до оазиса Тиль-Орб или доставить груз вин и пряностей в один из вольных аккенийских городков…

Именно тишина смутила Флайри. После многоголосого гула площади она казалась оглушительной. Охваченная смущением, молодая женщина замерла на пороге, и рука сама поднялась, чтобы прикрыть лицо платком…

Двое или трое возчиков подняли головы, и она встретила взгляд рыжебородого здоровяка – если бы Флайри не знала, что браки гномов с людьми, буде такие случатся, не приносят потомства, она могла бы поклясться, что в его жилах течет кровь Подгорного племени.

Что ж… возможно, Пресветлый Сеггер дает ей знак. Флайри перевела дух и направилась столику, за которым сидел рыжебородый. Здоровяк по-прежнему не сводил с нее глаз, однако в его взгляде она не заметила ни удивления, ни любопытства, ни тех чувств, что порой испытывают мужчины при виде женщины.

– Пусть будут ваши пути легкими, уважаемый, – она подобрала юбки и присела за стол напротив, показывая, что разговор пойдет о делах, но не делах любовных. – Мне сказали, что у вас можно нанять конные носилки для путешествия.

– Носилки – дело хлопотное, – бросил возчик, ставя на стол кружку. – По мне, проще верхом. Или в кибитке, если спешности особой нет. Пристроитесь к каравану и поедете, как королева. Заодно и деньги сбережете: скинетесь с остальными на охрану, дешевле будет.

– Мне нужны именно носилки, – твердо возразила Флайри.

– Как скажете, – здоровяк качнулся и сонным взглядом обвел зал. – Тогда, боюсь, ничем помочь не могу. Я только приехал – сегодня, на Предполуденную стражу. Пока разгрузили, пока рассчитали… Вы вон того спросите, он тут давно за пивом сидит.

И он кивком указал на человека, который сидел чуть ближе к стойке и после каждого глотка смотрел на свою кружку с таким видом, словно задавался вопросом о первопричине сотворения мира. На первый взгляд могло показаться, что человек лыс, но это было не так – просто его волосы, светлые, как лен, и довольно жидкие, были туго стянуты на затылке. Правда, залысины у него успели появиться весьма заметные – это становилось видно, когда он поворачивался, и капельки пота на лбу начинали блестеть.

– Благослови вас Сеггер, – пробормотала Флайри, поднялась и положила перед ним серебряный тулл, после чего решительно направилась к столику беловолосого.

Могучий возчик с недоумением посмотрел ей вслед, потом озадаченно повертел в руках монету и снова взялся за пиво.

До столика беловолосого оставалась пара шагов, когда тот неожиданно поднял глаза и тихо спросил:

– Чем могу служить?

Флайри сама не поняла, как услышала этот голос.

– Мне нужны конные носи… – начала она.

– А… – беловолосый устало закатил глаза, снова глотнул пива и неожиданно рявкнул:

– Эй, Нинай!

– Чего тебе? – усталым басом отозвался бородач у стойки.

– Тут про твою честь спрашивают.

– Иду я…

Нинай выпрямился так, словно держал на плечах неподъемный тюк, развернулся… и уставился на Флайри с таким удивлением, будто узрел перед собой речную деву из болот Уорлога.

Через несколько ударов сердца возчик все-таки пришел в себя, прочистил горло и приосанился.

– Благослови вас Сеггер, высокородная, – чинно произнес он, присаживаясь за столик. – Что привело?

– Мне нужны конные носилки. Я еду…

«Куда-нибудь подальше. Все равно куда».

– …в вольный город Вальгеро. Все подорожные будут выправлены, об этом не беспокойтесь. Но лошади должны быть непременно иноходцами, – Флайри вспомнила, как говорит Валда, когда ей чего-то хочется, и в голосе появились капризные нотки. – Иначе мне может сделаться дурно. И желательно… м-м-м… хидтунской породы. Они самые выносливые, а ехать мне далеко.

Возчик поскреб бороду.