Цена империи. Выбор пути

Пролог

Его Величество вышел из кабинета и твердой походкой направился к лестнице, ведущей на первый этаж. Гвардейцы взяли на караул и застыли, похожие на блестящие безмолвные статуи. Краем глаза оценил их привычную выправку. Показалось? Слишком уж картинно тянутся, неужели показывают свое презрение? Столько лет не смотрел на этих напыщенных болванов, чего это вдруг сегодня сподобился? Неужели мне все еще не всё равно? Нет, насрать! На их мнение — точно. Ради своей семьи я должен уйти. Не ради спасения собственной жизни, чего уж там… После отречения за мою шкуру и гроша ломаного не дадут. Тем более, что отправляюсь под домашний арест. Даже выехать к родственничкам не дают. Да и родственники у меня! Говно, а не родственники! Ну, как говориться, сам виноват, лично отбирал. Спорный момент… Еще пять шагов — и лестница. Каков символический момент — спускаюсь, и через двадцать шесть ступеней превращаюсь в обычного гражданина! Хха… Так всё просрать! И всё только потому, что не хотел большой крови. А как теперь ее, кровушку остановить? Спускаюсь нарочито неспешно, нечего им тут торжествовать, и так уже от демонстрантов с их криками «Долой монархию!» уши закладывает. Долой, говорите? Так, посмотрим, как потом будете жалеть о короне, которую отвергли… Плевать! Каждый делает то, что в его силах. Я же остановить это бессилен. Бросить гвардию в бой, картечью расстрелять это мясо, заполнившее площади столицы? Предлагали. Только я после этого править не смогу. Пора! Последняя ступенька! А вот и карета, уже и герб с нее ободрали, сволочи! Ну что, ехай! В последний путь… Что-то я сегодня в траурном настроении. К чему бы это?

Глава первая. Цель

Часть двенадцатая

Нам с ними не по пути!

Штука не в том, чтобы тебя при входе приветствовала толпа — приятно войти всякий сумеет, — но чтобы о твоем уходе жалели. Счастье редко сопутствует уходящим: оно радушно встречает и равнодушно провожает.

(Бальтасар Грасиан)

Глава первая

Цель

Санкт-Петербург. Гостиница Знаменская

9 сентября 1882 года

Первым стреляет тот, кто стреляет первым, остальное придумывается в оправдание, если застрелили не того или не тех.

(Анатолий Азольский)

Мориц Фридрих Йозеф Ойген Ауффенберг (Полковников)