Читаем Цена доверия (СИ) полностью

За окном мелькала пустынная дорога, вдоль которой тянулись высаженные высокие деревья, покрытые изумрудной листвой. По крыше барабанил дождь, крупными каплями стекая по лобовому стеклу. Дворники не успевали с ними бороться, поэтому дорога впереди смазывалась до едва уловимых контуров. Именно таким смазанным и влажным вырисовывалось и будущее Грэма.

Он вел машину вперед, одну за другой выкуривая оставшиеся в пачке сигареты, глотая слезы вперемешку с ментоловым дымом.

Жизнь дала ему очередной жестокий урок, показывая, что его судьба — одиночество и бесконечная пустота внутри.

***

Растрепанная, с покрасневшими от слез глазами и опухшими щеками, Энжи забарабанила в дверь дома Киттонов, кусая до крови нижнюю губу.

— Ну, кто там, в такую рань? — послышалось недовольное бормотание Кейт и она распахнула дверь. На лице отразилось удивление. — Ты?

— Мисс Кейт, знаю, что не вхожу в число ваших любимиц, но прошу о помощи. Скажите, где Грэм? Я вас умоляю, — Энжи сжала пальцы в кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

Кейт вглядывалась в ее лицо долгим испытующим взглядом, подмечая безысходность в заплаканных темных глазах. На ее скулах заиграли желваки:

— Зачем тебе мой сын?

— Лжи вы не потерпите, а правда вас шокирует, — Энжи вздохнула.

— Девочка, в этой жизни уже нет ничего, что может меня шокировать, — Кейт продолжала изучать ее, в голове составляя полную картину событий с первого дня приезда Грэма.

— Я молю вас, ради всего святого, скажите мне, где он? — на последнем слове ее плечи содрогнулись в беззвучном рыдании и Энжи еще сильнее закусила губу, чувствуя во рту привкус собственной крови.

— Грэм уехал еще на рассвете, — Кейт вздохнула.

— Когда он вернется? — Энжи сжала пальцами свое запястье, на котором сверкал браслет, оставляя синюшно-красные следы.

— Он не вернется, Энжи, — Кейт невозмутимо глядела ей в глаза. — Больше не вернется в Сильвер-Солт.

— Что? Нет. Вы мне лжете. Зачем, мисс Кейт? Вы же видите, как я страдаю. Зачем эта ложь? — лицо ее перекосила гримаса жгучей боли.

— Нет, Энжи, — в груди Кейт шевельнулась жалость. — Грэм действительно уехал. Ему нужно начать новую жизнь. Подальше от этого города и…

— И меня. Я поняла, — сжимаясь, словно наркоман во время ломки, Энжи, шатаясь, сошла с крыльца и медленно побрела от дома Кейт.

Старуха печально смотрела ей вслед, а затем потянулась к сотовому, лежащему в кармане, набирая номер:

— Энжи была у меня. Я боюсь, чтобы она не наделала глупостей.

Отключив вызов, Кейт закрыла дверь и, подойдя к любимому креслу-каталке на веранде, тяжело присела на его краешек.

— Какая-же препаскудная штука эффект бумеранга, правда, Люси? — в пустоту спросила она, устало прикрывая глаза.

***

Энжи даже и не поняла, когда день сменился вечером, а жаркое солнце медленно поползло к закатной полосе на горизонте.

Она сидела на широком скалистом камне у самой кромки озера и пространно глядела перед собой, ничего не видя и не чувствуя перед собой.

Она оказалась куда слабее, чем думала. Самонадеянная глупая дурочка, решившая, что после ночи с ней Грэм передумает и останется рядом навсегда. Он даже и не думал менять свое решение. Он предупредил, что уедет из города, и уехал.

В воду полетел один из мелких гладких камешков, нарушая тишину вокруг.

Энжи шмыгнула носом, стирая с щеки слезы.

И все же он ее любил. Энжи ощущала это даже тогда, когда он был за сотни миль от нее. Осознавала, что любовь к ней просачивалась в каждом его взгляде, вздохе и полустоне ночью. Он не просто спал с ней. Он по-настоящему позволил себе любить ее.

Холод скользнул по шее, а затем скатился по позвоночнику, сопровождаемый странным трепетом в животе. Как-будто там что-то резко оборвалось и рухнуло в пустоту.

Энжи понимала поступок Грэма, понимала, но не могла принять. Осознание того, что она больше никогда не увидит его насмешливый взгляд, не услышит хрипловатый смех и волнующий тихий голос, приводило в полнейшее отчаяние.

— Ты хочешь, чтобы я была счастливой, Грэм, но ведь у каждого человека свое понимание счастья, — Энжи поднялась на ноги и с тоской посмотрела на рыбачий домик под номером три. Сглотнув подступивший к горлу ком, она сняла с запястья браслет и оставив его на камне, медленно побрела в озеро не снимая обувь.

С каждым шагом, приближаясь к вожделенной глубине, Энжи чувствовала, что устает, а сердце сжимает в тиски волна страха.

— Энжи? — где-то послышался крик Люси.

— Энжи? — ее зову вторил голос Роя. — Энжи?

Она больше не чувствовала под ногами дно озера и детский страх воды захлестнул ее.

— Энжи?

Голос Люси стал неузнаваемым, а крик Роя исчез.

Энжи инстинктивно забарахталась в воде, пытаясь ухватиться за что-либо. Страх парализовал тело и голос. Она жадно хватала ртом воздух.

Внутренний голос приказал успокоиться, убеждая, что асфиксия наступит очень быстро и все наконец закончится. Закончится жизнь, в которой все желали ей только лучшего, на самом деле подтверждая, что она никому не была нужна по-настоящему.

Инстинкт самосохранения все же перевесил и Энжи, что было сил, закричала, чувствуя, как тело тянет ко дну.