Читаем Цемфелада (СИ) полностью

— Очень. Одной лишь силой мысли он способен убить человека. Он долго живёт. Да и умирал неисчислимое количество раз. Если бы не такая сильная жажда познаний, он бы сейчас десятка на два уровней выше тебя был. Может и больше. Я очень многому у него научился.

— Понятно, а «кое-чем», это чем?

— Настало время выбрать тебе божественного покровителя.

Захар скривился.

— Это даст тебе усиление абсолютно всех твоих параметров. После того как выберешь себе божество, можно будет распределить характеристики. Вот тогда уже можно будет говорить, что ты чего-то стоишь. Если есть вопросы, сходи к Понтию, он подробно расскажет о божествах. Это важно!

— Не пойду я никуда. В принципе, я уже выбрал симпатичное мне божество.

— Хм, ну и кому же так повезло?

— Тэле, — улыбнулся Захар.

— Тэла, вот как. Она из пантеона красных божеств. Стремительна, как ветра с горных вершин, свободолюбива и независима, покровительствует путникам и открывает тайные тропы. Непростое божество, с характером. Хотя, красные все с характером. Один Стэз, бог войны, чего стоит. Честно говоря, думал, ты его выберешь.

— Он слишком неразборчивый. У него люди делятся на две категории: герои и безликая армия, которая должна всё время воевать и убивать. Война ради войны. К тому же, он слишком жесток. Как бы это вернее выразиться… Сопутствующие потери и последствия его не интересуют. Следом за ним всегда тянется целая вереница тёмных божеств.

— Вот как, тебе и последствия важны. Тогда да, верный выбор. Тэла не любит оставлять за собой хвосты.

На следующее утро Захар, Деметрий, Сидон, господин Мелий и Надина отправились в храм Тэлы. Он располагался на той самой горе, с которой он когда-то рассматривал город. Храм Тэлы стоял выше всех, продуваемый всеми ветрами, впившийся фундаментами, словно хищная птица когтями, в торчащий огрызок скалы. В отличии от храмов белых и синих божеств, этот имел мало обтекаемых форм, больше напоминая бастион, чем храм.

Ритуал был прост. Сначала, жрец Тэлы поёт песни, потом надо смешать каплю своей крови с освящённым на центральном алтаре вином в красивой чаше, всё это выпить и произнести молитву, в которой попросить покровительство. Захара предупредили, что богиня может и отказать, причём, в очень грубой форме, если решит, что человек ей не подходит. С красными божествами такое случалось. Самыми непривередливыми были тёмные божества — забирали всех, без разбора.

Ритуал проходил гладко, за исключением винопития. Чаша оказалась размерами чуть ли не с ведро, и Захар едва не захлебнулся, заливая в себя вино одним присестом. Так было положено. После чего затянул молитву-просьбу.

Тишина длилась не долго. Зазвучала музыка, рваная, резкая, как завывающий снаружи ветер, постепенно превратившаяся в едва слышный фоновый звук. Храм погрузился в полутьму и прямо перед Захаром появилась полупрозрачная фигура богини, озаряемая небольшими огненными всполохами, над которыми взлетали тлеющие хлопья пепла. Богиня склонила голову, заглянув Захару прямо в душу, и протянув к нему руку запела.

Надо сказать, песня произвела впечатление. Тело покрылось «гусиной кожей», волосы встали дыбом, в районе солнечного сплетения что-то тоскливо заныло. Захар внимательно вслушивался в песню, которая сопровождалась и визуальным рядом из пляшущего вокруг пепла и огня. Странная песня. Со внезапно обрывающимися звуками, звучащая непрерывной сменой строк без рифмы. Даже не песня, скорее музыка или некий алгоритм, отбивающий завершённые циклы. Чем дольше Захар прислушивался, тем более странной она ему казалась, пока не распалась на отдельные слова. Он визуально увидел строчки магического программного кода. Божество не нуждалось во внешних устройствах, этот мир был пропитан магией. Захару пришла в голову только одна аналогия происходящего из земной жизни — обновление операционной системы. Тэла, прямо здесь и сейчас, устанавливала ему пакет обновления «операционки», сильно расширяя функционал и меняя параметры. Его обновляли до более продвинутой версии.

Лицо Тэлы изменилось, она улыбнулась Захару и положила ладонь на его плечо. Словно мать, обрадованная тем, что её дитя узнало об этом мире что-то новое и важное.

— Это лишь начало, — прозвучали у Захара в голове слова богини, после чего она ещё раз ему улыбнулась и, подмигнув, испарилась, обдав окружающих хлопьями тлеющего пепла.

Люди стояли с открытыми ртами, глядя на Захара раскрытыми в удивлении глазами.

«Что-то не так? Чего это они?»

— Э… Всё хорошо?

Первым очнулся жрец. Он семенящей походкой подошёл к Захару, заглядывая ему в глаза:

— Б-богиня г-говорила с-с вами, господин Хар!

— Ну да, говорила, а что, с вами она не говорит?

— Н-нет.

— Странно, я думал божества говорят со своими жрецами.

— А можно спросить, о чём вы говорили, господин Хар?

Захар задумался. Как жрецу этот ментальный диалог объяснить?

— О прошлом. Да и о будущем. Извините, боюсь вы не поймёте.

Господин Мелий отодвинул жреца, отводя от него Захара.

— Как ощущения?