Читаем Целительница 2 (СИ) полностью

- Звали человека, завещавшего своё тело, Халид. Он был одним из сильнейших некромантов. Говорят, его мертвецы даже могли писать. Хотя образцов не сохранилось. В конце своей жизни он завещал своё тело на изучение возвращения из мира мёртвых. Он сказал: ‘Либо верните мою душу в моё тело. Либо докажите, что это невозможно’. Пока всё происходящее говорит о том, что это невозможно. Тело целое, не тронуто гниением. Его хорошо законсервировали. Даже суставы не утратили подвижности. Только вот мозг пришлось держать отдельно. Его поддерживать не получается. Мы слишком мало знаем про мозг. Душу вернуть - тем более.

- Это ужасно, - сказал кто-то. Славик наклонился посмотреть, кто это был. Хмыкнул и покосился на Светлану. Она сделала знак карандашом. Она была с этим согласна. Ужасно. Но раз кто-то этим занимается, то всё равно надо знать.

- Этический вопрос мы рассмотрим в конце лекции.

- А почему он тогда Копуша, а не Халид? - этот вопрос задают каждый раз.

- Потому что Халида тут нет, - учитель развёл руками. - Ни капли его души, ни капли его уникального мышления. Это просто Копуша. Он немногим живее скелета в кабинете анатомии. Копуша, поздоровайся.

Копуша, не меняя выражения лица, поднял руку и поболтал ей в воздухе. Нет, выглядел он не противно. Если переключиться на зрение, то очень бледный мужик, смотрящий всё время вниз с деревянным выражением лица. Ещё он не моргал, и напрягала его абсолютная неподвижность. Это энергия от него невыносима. Для Светланы точно.

- Кто-то может заставить его говорить. Но это не мой уровень некромантии. По истории вопросы есть?

- А сейчас некромантия запрещена? - этот вопрос задают тоже всегда.

- В принципе, нет. Есть много ограничений. Но это тема следующей лекции. Сейчас перейдём к распознанию некромантии. Большинство из нас в той или иной степени чувствительно к жизни. Нечувствительные совсем встречаются редко. Таких вроде сегодня нет. Многим надо научиться отделять простую тревогу от энергии некромантии. Некоторым определение даётся очень легко. Вот, например, если бы мы с Копушей пришли в Лекарскую Академию, то там бы точно уложили пол-аудитории. Лекари отрабатывают чувствительность к жизни, она им соверзшенно необходима в их деле. Порой они способны удержать жизнь в человеке на последнем издыхании. И они чувствуют, когда жизнь уходит из человека.

Светлана сглотнула и отогнала от себя неприятные воспоминания. Ещё их сейчас не хватало!

- Вследствие чего противоположная энергия, энергия мёртвых, некромантия для них становится очень неприятной. Даже невыносимой. Захотите узнать, как именно они это воспринимают, вам расскажут те, кого сейчас вывели. Есть определённый врожденный уровень чувствительности к жизни. У некоторых он очень высокий. В Службе Безопасности на поисково-спасательных работах таким цены нет. А вот с некромантией они совсем не дружат. Здесь есть человек с пятой степенью чувствительности. Светлана?

Славик взял её за кисть и поболтал ей в воздухе, ехидно улыбаясь. У Светланы почти получилась приветливое выражение лица.

- Сидит пятый раз, учится выносить энергию мёртвых, - пояснил учитель.

Не совсем так, конечно, но Светлана не в силах сейчас что-то говорить, а Славик клятвенно обещал на этой лекции молчать. В блокноте нарисовалась ещё одна корявая строчка.

- Ну вот, ты теперь выглядишь немного лучше Копуши, - заметил Славик. Светлана сидела за столиком в углу веранды, что примыкала к столовой. Ветер играл с прядками её волос. Пелена перед глазами пропала, но ощущение опустошённости и усталости ещё осталось. Славик только что принёс чашку, кружку и большой заварочный чайник и плюхнулся на второй стул. - Ну как, пришли нужные мысли? Что-то опробовала? Или твой вариант по-прежнему - глухой кокон и анабиоз?

- Нет, он не годится. Я в анабиозе не могу действовать.

- Это, знаешь, трудная задачка, - Славик закинул на колени свою уже изрядно потрёпанную сумку и принялся в ней рыться. - К тому же я не хочу, чтобы первым признаком появления трупаков был твой обморок.

- Знаешь, я всё-таки сначала замечу и скажу…

- Да мне, знаешь, твой обморок в принципе не нравится. Ничей обморок не нравится. Ну почти ничей… Разве что того, кто меня собирается бить или убивать, - Славик извлёк маленький мешочек коричневой ткани и протянул его Светлане. - Тебе вот это сейчас надо. Ага?

Светлана принюхалась. Аромат напоминал о цветении трав в разгар лета, о солнце и утре после ночного дождя.

- Самое оно. От мамы привёз? - Светлана сняла крышку, а Славик засыпал в чайник засушенные травы и кивнул. - Я вроде не должна больше падать в обморок, потому что придумала, как поставить защиту от этой энергии, не закрываясь от всего остального.

Вода в чайнике как-то очень уютно забулькала. Потянулся ободряющий аромат.

- Я не заметил у тебя вообще особой защиты, - Славик налил в кружки ароматный отвар. - Ты бы её опробовала?

- Она получилась слишком слабой, - Светлана пожала плечами.

- Странно, что вообще получилось. Ты в следующий раз делай это метров за сто до кабинета. Из тебя эти лекции сил выкачивают немерено.