Так что чего уж удивляться: как только стало очевидно, что «Власть Фриков» наберет не менее 40 процентов голосов, мозговой трест нашего отделения Великой Старой Партии[4] решил в последнюю минуту пойти на компромисс со своими «заклятыми врагами» из другой существующей в нашей стране партии. Разница между ними в Эспене ничем не отличалась от разницы между Никсоном и Линдоном Б. Джонсоном на национальном уровне: то есть, кроме личных склок и лоббистских передряг, между ними не было никаких отличий. Сущность политических проблем их не интересовала.

К середине избирательной кампании обе партии истеблишмента поняли, что им противостоит местный вариант «Черных Пантер»[5], проповедующий «теорию великого страха». Как бы сильно они ни были отвратительны друг другу лично, «Власть Фриков» они ненавидели еще больше – и решили, что ее надо остановить, чего бы это ни стоило.

Менее чем за 48 часов до выборов они заключили зловещее гнусное соглашение, согласно которому каждая партия жертвует в пользу другой своего кандидата, дабы избежать ситуации, при которой кандидат от Партии Фриков наберет больше голосов (на выборах шерифа и окружного комиссара), чем Республиканцы или Демократы. Таким образом, они сумели объединить сторонников обеих партий, и оба переизбиравшихся чиновника – шериф от Демократической Партии Кэррол Вайтмайр и комиссар Дж. Стерлинг Бакстер – смогли сохранить свои посты.

Договорились путем своего рода циркулярных звонков в канун выборов – перезвон оказался настолько рьяным и лихорадочным, что одному республиканцу позвонили 18 раз за вечер и каждый звонящий считал своим долгом сообщить, что в штаб-квартирах партий решено голосовать «по договоренности», – «мы отказываемся от Рикса (республиканского кандидата в шерифы), а Демократы приносят в жертву своего Коудхилла».

* * *

Вот еще один урок, преподанный нам в Эспене: если вы решили «работать в рамках системы», то проигрывать никак уже нельзя: «система» снабжена специальным механизмом, разминающим в лепешку проигравших, осмелившихся бросить ей вызов.

Если мозговой фонд «Власти Фриков» чему и научился за эти выборы, так это тому, что «работать в рамках системы» означает в точности то же, что и «играть по их правилам». Вы попробовали, вы проиграли, и теперь – особенно если речь идет о маленьком городке, где проживает менее 2500 избирателей, – и теперь пожалуйте поваляться в дерьме и получите изрядное число плевков, как настоящий джентльмен/политик. Таковы неизбежные последствия сорвавшегося вызова глубоко коррумпированным Властным Структурам.

Законы Политики в Америке чем-то напоминают законы физики: любое действие вызывает эквивалентное противодействие. Наша странная избирательная кампания мобилизовала множество местных фриков, которые, как они сами уверяли, в противном случае нипочем не пошли бы на выборы и никогда больше не пойдут. Все они утверждали, что оказались у избирательных урн единственно потому, что ненавидели «политику» и особенно «политиканов».

Платформа «Власти Фриков», да и вся ее предвыборная кампания, была предельно далека от общепринятой концепции «политики», мы черпали нашу силу среди людей, гордящихся тем, что они никогда не ходят на выборы. В городке, в котором ни один кандидат на выборную должность никогда не набирал больше 250 голосов, полностью лысый и высшей степени радикальный кандидат от «Власти Фриков» набрал на выборах шерифа в 1970 году 1065 голосов – и тем не менее проиграл сопернику, набравшему на 400 голосов больше.

«Власть Фриков» настолько поляризовала Эспен, что мы напугали и настроили против себя слишком многих избирателей и, таким образом, не сумели использовать голоса фриков, впервые пришедших на выборы. Но так напугали этих мерзавцев, что они притащили на выборы людей в инвалидных колясках и даже на носилках, чтобы они проголосовали против нас. Они привели на выборы молодых и старых людей, которые были уверены в том, что «Айки» Эйзенхауэр все еще является президентом США. «Я никогда, черт возьми, не видел ничего подобного, – сказал один из наблюдателей. – Я находился на первом участке, где, как мы полагали, все будет клево, но вдруг, откуда ни возьмись, на нас обрушилась волна калек и инвалидов. Я ни разу в жизни не видел такого количества грузовиков-пикапов».

Да, пикапы все еще стоят у нас перед глазами. И любой человек, который попытается перейти им дорогу, должен готовиться к смерти. Именно это мне все время говорили, когда я баллотировался на пост шерифа: «Даже если вы победите, вы никогда не войдете живым в офис. А если вы проиграете, то они позаботятся о том, чтобы больше никто из вас больше и не мечтал о том, чтобы стать шерифом».

Воскресный вечер в Фонтенбло