Ярость снова начинает закипать в Кидане. Для этого сейчас нет времени, говорит он. Подготовь все, мы выступаем против итальянцев — они расположились поблизости.

Астер хмурится и показывает на девочку. Но она видела колонну, говорит она. Они направляются в нашу сторону. У них танки, грузовики, полные провизии. Они готовятся к большому сражению, добавляет она. Ты хочешь атаковать этот лагерь, а не колонну?

Она ждет его ответа, а когда понимает, что он не ответит, начинает снова, говорит заговорщицким тоном.

Мы хотим помочь, говорит она. Она приглаживает волосы, откашливается. Я уже разделила женщин на тех, кто хочет сражаться, и тех, кто будет идти сзади. Немалое число и там, и там. Мы можем испытывать для тебя старое оружие, тихо говорит она.

Ему хочется вытянуть руку и ударить ее. Так просто обрушить угол его ладони на ее ухо. У нее на виске небольшое вогнутое место — он обнаружил это много лет назад. От удара у нее закружится голова и движения станут неловкими, и она упадет на землю уродливой кучей. Он давно, давно не делал этого. Он не выворачивал руку запястьем и не обрушивал на лоб жены таким образом со времени смерти Тесфайе. Он испытывал к ее скорби какое-то невыразимое сочувствие, исполнился понимания всех способов, какими утрата может искалечить дух.

Вы пойдете в хвосте и будете ухаживать за ранеными. Соберите бинты и лекарства, говорит он. Скажи своим женщинам, что это их способ сражаться. Мы тронемся отсюда с рассветом.

* * *

Кидане смотрит на свои ноги. Ему кажется, он летит. Внутри у него все те же знакомые эмоции битвы: возбуждение и настороженность, страх и предвкушение, а под всем этим освобождающее ощущение движения, ускорения, его тела как инструмента силы. Пыль собирается в его глазах, и он моргает, чтобы видеть сквозь слезы. Он вытягивает перед собой руки и смотрит на форму, которую они образуют в беспробудной тьме. Они сильные, гибкие, они способны крепко держать винтовку и размахивать ножом, когда он ведет в бой своих людей. Это его судьба, думает Кидане. Вот к чему вели его все дни его жизни. Вот что будет ждать его в Мейчеве, после того как он разгромит этот итальянский лагерь и выполнит приказ императора.

В Мейчеве он встанет при свете дня перед лицом врага и будет сражаться, пока его не убьют. В Мейчеве он подтвердит свои права на наследство, права, передающиеся через кровь. Ошибка его отца состояла в том, что он остался живым: Кидане теперь понимает это с мучительной ясностью. Его отец нашел способ обмануть судьбу и умер несчастным человеком, призраком из костей и плоти. Кидане нужно только одно: атаковать лагерь этого Фучелли. Это закалит его людей и поможет им приблизиться к грядущему решающему сражению. Его сердце колотится, Кидане набирает скорость, отмечая, что его люди позади него перешли на быструю трусцу, слыша пыхтение солдат, которые изо всех сил стараются не отстать. Над ними стая черноперых птиц, рассекающих небо.

Астер собирает вокруг себя женщин. У подножья холма его люди готовятся к атаке. Итальянцы уже рядом, говорит она. Кидане рассчитывает, что мы поможем им оставаться сильными и храбрыми. Пусть ни один человек не отступит, а если кто побежит, встаньте перед ним, разверните его лицом к бою. Поднимите, если он упадет, оттащите его тело в сторону, если он умирает. Используйте ваш голос, ваши руки и ноги, превратите ваше тело в оружие, которое итальянцы никогда не забудут. Это будет не то же самое, что участие в сражении, снова и снова повторяет она им, но поможет подготовить вас к переходу в первые ряды в следующей схватке. Это подготовит вас к виду умирающих, вы не будете терять сознание при одной только мысли об этом.

Хирут смотрит на Астер и отказывается опускать глаза. Остальной мир словно исчез, остались только они вдвоем на холме, который спускается к итальянскому лагерю. Не осталось места ни для каких мыслей, которые не начинались бы в глазах этой женщины. Потому что Хирут вспоминает теперь, что Кидане нашел ее Вуджигру по вине Астер. Она виновата в том, что теперь эта винтовка не принадлежит Хирут. Причиной тому ее ревность и подозрительность, а Кидане всего лишь шел на поводу у невысказанных требований злобной женщины. Хирут моргает, потом моргает еще раз, но никак не может разрушить чары. Поэтому она поднимает взгляд и видит, как яркое солнце хватается за крылья стаи темных птиц, кружится на них. Она продолжает смотреть, пока птицы не исчезают, пока не остается ничего, кроме неба, а когда она моргает еще раз, само небо теряет цвет: на нем нет ни облаков, ни солнечных брызг, ни глубинной и бледной голубизны. Остается только печальный, одинокий оттенок пепла.

Глава 19