Читаем Царская тень полностью

Его солдаты ждут его на ровном участке земли между тюрьмой и скалами. Они выполнили его приказ и построились на рассвете, готовые к сражению. Вокруг тишина, если не считать шороха ветра в высокой траве и кронах деревьев, и все, что возвещает об этом новом начале, стоит, замерев, в ожидании его прибытия. Карло чувствует, как расширяется его сердце. Он устроит для них представление в этот свой юбилейный день рождения. Он научит их быть сильными, не используя кулаков. И, приближаясь к тюрьме, полковник Карло Фучелли, сын Италии, покоритель Бенгази, вдыхает аромат нового свежего утра и ждет, когда начнется это мгновение. Возможно все, говорит он себе, тронутый тихой покорностью его людей, стоящих перед ним ровными рядами по стойке смирно. Возможно все, потому что сегодня возможен я.

В стороне стоят Фифи и ее служанка — безмолвный хор из двух, встревоженно смотрящих на него. Он кивает Фифи, которая поворачивает голову, она обеспокоена, но не в силах ослушаться его приказа быть здесь. Небо над их головами медленно расцветает голубизной, солнце являет собой далекий всплеск, не имеющий твердых очертаний в этом просторе, который становится все ярче и ярче. Цепочка облаков нарушает чистую линию далекого горизонта. Туман цепляется за неровные горные вершины и плывет между холмов. Все остальное — это трава, камни и сельскохозяйственные угодья: открытая земля, ждущая, когда ее востребуют. В этой огромной и пустой стране достаточно места, чтобы разместить всю Италию, вот о чем он скажет своим солдатам через мгновение. Карло закрывает глаза и кивает. Он засовывает сигарету в рот и расстегивает нижние пуговицы мундира, чтобы навсегда рассеять слухи: он больше не носит два ремня. И никогда не будет носить. У него нет нужды в символической защите. Он победил своих демонов, и сегодня он поставит их на колени.

Карло Фучелли прижимает руку к груди. Он подается вперед к своим солдатам и кричит громким и четким голосом по-итальянски, потом по-амхарски, потом по-тиграйски, потом по-сомалийски: Есть те, кто рожден для восхождения, а есть те, кто рожден для падения!

Этторе Наварра оглядывает друзей, стоящих поблизости, потом поворачивается к Карло, он ошеломлен, и Карло знал, что так оно и будет. Карло хочет напомнить ему: Нас создают не наши отцы, Наварра. Мы рождаемся с нашими возможностями. Есть те, кто рожден для восхождения, а есть те, кто должен мириться с последствиями нашего выбора. Этим он хочет сказать молодому солдату: я могу быть свидетелем моего собственного возрождения и похоронить того человека, на которого напали те налетчики.

Но Карло поворачивается к Фифи. Аида, молодая дева, подчиняющаяся законам любви, рабыня своего вожделения к врагу отца, Facceta nera[94], подойди сюда. Возьми меня за руку.

Пока Фифи медленно приближается к нему, он широко раскидывает руки — это жест доброй воли по отношению к его солдатам, и на мгновение его переполняют любовь и благодарность к ним за их верность, их верность его амбициям.

Они дробили скалы, перемещали камни, взрывами прокладывали дорогу в горах. Они работали на обжигающей жаре и тряслись в холодные ночи. Они не имели отдыха, если не считать перерывов в работе, когда прибывают новые пленные и летят со скалы. Законы о расовой сегрегации запрещают им вступать в сношения с местными женщинами, но он не останавливал их, когда они, рискуя нарваться на засаду, отправлялись в местный бар. Он сочувствовал им, что говорить, он приказал своим ascari каждый раз охранять их поездки. А потому, когда Карло вытягивает руку и дает Фифи знак выйти вперед, он прекрасно знает, какого зверя выпускает на свободу. Он знает нрав этого животного, которое собирается разбудить.

Faccetta nera, cara Aida, vieni qua[95]. Подойди ко мне, моя черноликая радость. Подойди, дорогая Аида. Карло кладет руку на плечо Фифи, притягивает к себе. Она дрожит, сжимает руки в замок перед собой, ее тело напряжено.

Прекрати, говорит она ему.

Карло наклоняется к ее уху, говорит, царапая ее щеку зубами: Обрати внимание, как рождается мужчина. Потом он отталкивает ее. Carissima[96] Фифи, Фавен из Гондэра, сколько имен нужно одному человеку? Он кивает Ибрагиму.

Ибрагим кричит что-то через плечо по-арабски, и из строя выбегают два ascari.

Карло улыбается снова и показывает на тюрьму, в которой находятся две пленницы, безмолвные и ничего не подозревающие. Карло хватает Фифи за руку и крепко держит. Давай, Наварра, говорит он. Приведи их, чтобы мы могли начать.

Я, синьор? спрашивает Этторе у полковника Фучелли. Его трясет.

Фучелли сдвигает солнцезащитные очки на голову. Он стоит, уперев руки в бока, и только его рот, твердая линия на лице, выдает медленно растущее напряжение между ними. Какую часть из того, что я говорю, ты понимаешь? спрашивает полковник. Потом смеется. Приведи пленницу, Наварра, ту, которая моложе. Если ты не боишься девчонки.