Читаем Царская Русь полностью

Получив весть о крымцах, Иоанн продолжал свой поход к Коломне; в то же время он велел полкам спешить к Оке, занять главные переправы и приготовиться к бою. В Коломну к нему прискакал гонец из Тулы с известием, что крымцы показались около сего города, но не в большом числе. Царь не медля двинул туда из Каширы правую руку с князьями Щенятевым и Курбским, от Ростиславля (Рязанского) передовой полк с Турунтаем-Пронским и Хилковым, от села Колычева (близ Коломны) часть большого полка с князем Михаилом Воротынским, а за ними и сам готовился идти с остальными войсками. Распоряжения эти оказались удачны, ибо через день прискакал гонец с известием, что Крымский хан со всею своею силою, с турецкими пушками и янычарами осадил Тулу; когда же узнал о присутствии московских полков на берегах Оки, остановился и повернул назад, но чтобы не прийти в Крым с пустыми руками, он хотел по крайней мере взять и разграбить стоявший на его дороге украинный город Тулу. 22 июня Девлет-Гирей весь день приступал к городу и стрелял по нему калеными ядрами, от которых во многих местах произошел пожар, а янычары пытались влезть на стены. В Туле тогда оставалось мало военных людей, потому что большая часть ушла в Казанский поход, но воевода князь Григорий Темкин мужественно встречал нападение; горожане вместе с военными людьми стояли на стенах и храбро отражали приступы. На следующий день осажденные увидали вдали облако пыли и догадались, что идет помощь от царя. Воодушевленные тем, они сделали отчаянную и удачную вылазку, в которой принимали участие даже женщины и дети. В следующую ночь стража татарская донесла хану о приближении большого русского войска. Он подумал, что сам Иоанн пришел с главными силами и обратился в бегство. Подошедшие поутру князья Щенятев и Курбский уже не застали татар под Тулою: им пришлось встретить и поразить только те отряды, которые были распущены в загоне и возвращались к Туле, не зная о бегстве хана. Затем некоторые московские воеводы пустились в погоню за ханом, нагнали его и побили на речке Шивороне. В этих стычках не только было отбито назад много русского полону, но и захвачены самый обоз ханский со множеством телег и верблюдов и его турецкие пушки. Так неудачно окончилось предприятие Девлет-Гирея и так счастливо начался третий и последний поход Иоанна на Казань. Радостные вестники поскакали из Коломны от царя на Москву к царице и митрополиту, а также в Свияжск к стоявшим там воеводам.

Покончив с Крымским набегом, Иоанн устраивал в Коломне дальнейшее движение своих полков на Казань. Но тут обнаружился вдруг ропот в некоторых частях войска, а именно: новгородские дети боярские били челом государю, что они уже сослужили государеву службу в походе на крымцев, а теперь их посылают в дальний путь, под Казань, где придется долго стоять. Волнение, вызванное такою просьбою, было опасно, ибо могло распространиться и на другие части войска. Государь или его умные советники нашлись: велено было составлять списки тем, кто желает остаться и кто хочет идти под Казань; последних государь будет жаловать, заботиться об их прокормлении, а также награждать их поместьями. Когда дошло до переписи, то несогласных почти не оказалось: все изъявили охоту идти за государем. Кроме надежды на царские награды и пожалования, очевидно, тут подействовало и общее одушевление, которое тогда овладело русским народом при мысли покончить с исконным хищным врагом своей народности и православной веры. Со времени Куликовской битвы борьба с татарами приобрела на Руси значение крестовых походов и пользовалась наибольшим народным сочувствием.