Евангелия заканчиваются тем, что Христос возносится на небо: «И вывел их вон из города до Вифании и, подняв руки Свои, благословил их. И, когда благословлял их, стал отдаляться от них и возноситься на небо. Они поклонились Ему и возвратились в Иерусалим с большой радостью» (Лука 24:50–52). Этому событию посвящен христианский праздник Вознесения.

Кроме того, в Евангелиях описывается Преображение Господне: «Взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и возвел их на гору высокую одних и преобразился перед ними: и просияло лице Его как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет… Когда Он еще говорил, се, облако светлое осенило их» (Матфей 17:1–5). См. рис. 4.16.

Нечто подобное описывается и в Житии Андрея Первозванного: «Когда св. Андрей произносил эту молитву, вдруг при всем народе, подобно молнии, появился свет и озарил св. мученика. Сей чудный свет так осиял праведника, что окружавшие не могли смотреть на него. Около получаса продолжал этот чудесный свет озарять праведника; когда же он исчез, святой апостол испустил дух и с лучезарным светом отошел, чтобы предстать перед Господом» [54].

По-видимому, в этом описании слились евангельские Преображение и Вознесение.

5.7. Тридцать сребренников Иуды и его смерть

Евангелия описывают, как Иуда, предавший Христа за тридцать сребренников, раскаялся и принес их назад архиереям. Но те не взяли, поскольку деньги были осквернены. «Тогда Иуда, предавший Его, увидев, что Он осужден, и, раскаявшись, возвратил тридцать сребренников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я, предав кровь неповинную… и, бросив сребренники в храме, он вышел, пошел и удавился. Первосвященники, взяв сребренники, сказали: непозволительно положить их в сокровищницу церковную, потому что это цена крови» (Матфей 27:3–6).

В Житии Андрея Первозванного проконсул Егеат выступает в двойственной роли. С одной стороны — как евангельский Пилат или Каиафа, осудившие Христа на казнь. Но он также выступает в Житии Андрея и как Иуда, предавший Христа. А именно, в Житии говорится о некоем Стратокле, брате Егеата: «Бескорыстный Стратоклий отказался получить наследство от своего брата… "дабы не оскверниться его грехом"» [54]. По-видимому, это след известного евангельского рассказа о том, что раскаявшийся Иуда хотел вернуть тридцать сребренников первосвященникам, но те отказались их взять, поскольку это «цена крови». А в истории Андрея Первозванного от «запачканных кровью» денег Эгеата отказывается его брат Стратоклий.

Житие Андрея Первозванного сообщает следующее. «Когда он (то есть Эгеат — Авт.) думал об этом, то внезапно напал на него нечистый дух, который начал его мучить. ПРОКОНСУЛ В УЖАСНЫХ МУКАХ, СРЕДИ ГОРОДА, УМЕР» [54]. О евангельском Пилате тоже существует предание, что он умер в ужасных муках. «Кесарь же повеле тако сотворити, И МУЧАША ЕГО (Пилата — Авт.) РАЗЛИЧНЫМИ МУКАМИ и по многих муках мечник отсече главу Пилатову» [127], лист 174.

5.8. «Не прикасайся ко мне»

В Житии Андрея Первозванного есть одно весьма интересное место. Говорится, что Андрея пытались снять с креста, но не могли к нему прикоснуться. «Слуги Егеата пытались снять с креста св. апостола, НО НЕ МОГЛИ ПРИКОСНУТЬСЯ. Многие из окружавших людей тоже пытались освободить мученика, но тоже безуспешно: у всякого замирали руки» [54]. Здесь сразу же вспоминается Евангелие от Иоанна: «А Мария стояла у гроба и плакала… и, когда плакала… обратилась назад и увидела Иисуса стоящего… Иисус говорит ей: Мария! Она, обратившись, говорит Ему: Раввуни! — что значит Учитель! Иисус говорит ей: НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ, ибо Я еще не вошел к Отцу Моему» (Иоанн 20:11–17).

На рис. 4.17 приведено одно из многочисленных старинных изображений этого известного сюжета.

Возникает впечатление, что упомянутая выше сцена из Жития Андрея Первозванного и евангельские слова «Не прикасайся ко Мне» — восходят к одному и тому же оригиналу.

Глава 5

Осирис