Влияние Андрея на юг казалось потерянным. 28 июня 1174 года в Боголюбове его постигла смерть. Среди приближенных князя, недовольных его строгостью, составился заговор (заговор Иуды и евангельских фарисеев? — Авт.), во главе которого стали: Яким Кучков, шурин Андрея по 1-й жене (мстивший князю за казнь брата), Петр, зять Якима, и Анбал ключник, родом ясин (с Кавказа). Заговорщики в числе 20 человек пришли к ложнице (то есть в спальню, опочивальню — Авт.) князя и выломали дверь. Князь хотел схватиться за меч, который принадлежал некогда св. Борису, но меча не было: Анбал заблаговременно убрал его (предательство Иуды? — Авт.). Несмотря на свой преклонный возраст, князь был еще очень силен и безоружный оказал убийцам значительное сопротивление. «Горе вам нечестивые! сказал Андрей, зачем уподобились Горясеру (убийце Бориса)? Какое зло я сделал вам? Если кровь мою прольете, Бог отомстит вам за мой хлеб». Наконец Андрей пал под ударами. Заговорщики думали, что князь убит, взяли тело своего сотоварища, нечаянно убитого ими в схватке, и хотели удалиться, но услышали стон князя, КОТОРЫЙ ПОДНЯЛСЯ НА НОГИ И ПОШЕЛ ПОД СЕНИ (воскресение Иисуса после казни? — Авт.). Они воротились и добили князя, ПРИСЛОНИВШЕГОСЯ К ЛЕСТВИЧНОМУ СТОЛПУ (распятие Иисуса на столбе или кресте? — Авт.).

Утром заговорщики убили княжеского любимца Прокопия и пограбили казну. Они опасались было мщения со стороны владимирцев. Но владимирцы встретили равнодушно совершившийся факт. За убийством князя и грабежом его дворца последовали убийства княжеских посадников и тиунов и грабеж домов их; пограбили также и иностранных мастеров храма. В первый день после убийства Андрея киевлянин Кузьма, преданный слуга покойного, взял обнаженное тело своего господина, лежавшее в огороде, завернул в корзно (плащ) и ковер и хотел внести в церковь. Но пьяные слуги не хотели отпереть церкви, и пришлось положить тело на паперти. Тогда Кузьма стал причитать над телом князя: «Уже тебя, господин, и холопи твои знать не хотят… а эти не пускают тебя и в церковь положить». Два дня тело лежало на паперти, пока не пришел козьмодемьянский игумен Арсений, внес тело в церковь и отслужил панихиду. На 6-й день, когда волнение улеглось, владимирцы послали за телом князя в Боголюбов. Увидав княжеский стяг, который несли перед гробом, народ заплакал, припомнив, что за убитым князем было много добрых дел. ЦЕРКОВЬ ПРИЧЛА КНЯЗЯ АНДРЕЯ К ЛИКУ СВЯТЫХ. «Андрей был первый ВЕЛИКОРУССКИЙ князь» [154].

Теперь еще раз пройдемся вдоль романовской версии биографии Андрея Боголюбского, но уже подробнее.

2. Что известно о матери Андрея Боголюбского и о его детских годах?

Ответ на вопрос, сформулированный в заголовке, весьма прост: практически ничего не известно. Романовская версия русской истории глухо сообщает здесь только имя матери: некая половецкая княжна, дочь хана Аэпы [154]. Как уже говорилось выше, полностью неизвестна также первая половина биографии Андрея Боголюбского: от его рождения примерно в 1109–1111 году (даты, вычисляемой, кстати, лишь по косвенным соображениям, см. выше) вплоть до 1146 года. То есть, получается, что события примерно 35-летнего периода в жизни Андрея погружены в полный мрак на страницах русских летописей. Отметим, что, согласно Евангелиям, Иисус Христос вновь появляется после длительного отсутствия в Иерусалиме примерно в таком же возрасте — около 30 лет.

ЗАТО ЧЕРЕЗ ВСЮ ВТОРУЮ ПОЛОВИНУ БИОГРАФИИ АНДРЕЯ БОГОЛЮБСКОГО КРАСНОЙ НИТЬЮ ПРОХОДИТ ОБРАЗ МАРИИ БОГОРОДИЦЫ. Многие важные события этого периода связаны именно с нею. С подробностями мы познакомимся в следующих пунктах. Таким образом, рядом с князем Андреем постоянно оказывается Дева Мария. Позднейшие летописцы, находясь уже под давлением скалигеровской хронологии, трактуют такие свидетельства старинных документов в туманно-иносказательном смысле. Дескать, рядом с Андреем Боголюбским постоянно находился Образ Богоматери, то есть святая икона. Но при этом икона оказывается одушевленной! Она самостоятельно ходит, перемещается в пространстве, ведет беседы, см. ниже. Скорее всего, это — отражение того факта, что на страницах старинных русских первоисточников речь шла вовсе не об иконе, а о самой Богоматери, женщине, реально сопровождавшей Андрея-Христа.