Читаем Царь с Востока полностью

Рассеяв, подавив и уничтожив разрозненные отряды противника, войско Чёрного Хью подступило к лагерю Кромвеля, охватывая его с флангов. Медленно, стараясь сохранить хоть какой-нибудь строй и порядок, ирландцы приближались к англичанам. Впереди войска катили пушки, позади которых на гнедом жеребце, в окружении преданных товарищей, ехал мрачный, предельно собранный Хью О'Нил. Многих из этих людей Чёрный Хью знал ещё по испанской службе во Фландрии, где он долгое время сражался против голландцев и снискал себе должное уважение. На расстоянии полёта ядра О'Нил остановился и приказал солдатам сомкнуть ряды, а артиллеристам готовиться к стрельбе. Однако англичане сделали ход первыми. Чарльз Флитвуд, после ранения Кромвеля и смерти Айртона, принявший командование армией, осторожничал не меньше ирландца, но всё же решил открыть огонь из пушек, не без оснований надеясь на лучшую выучку своих канониров и большее количество орудий. Хью, несмотря на небольшое количество зарядов, приказал расстрелять последнее. В начавшейся перестрелке сразу же сказалось умение английских артиллеристов - их ядра чаще врезались в ряды ирландских солдат, проделывая там бреши, которые, впрочем, тут же смыкались. Расстреляв практически все заряды, ирландцы, по приказу Чёрного Хью, начали сближаться с противником, осторожно ступая по каменистой земле. Подбадривая друг друга яростными выкриками, воины ускоряли шаг, крепче сжимая древки пик. На ветру шумно стучали оловянные и деревянные трубки с порохом, закреплённые бечёвками на широком кожаном ремне-бандельере через плечо. В такт шагам раздавался мерный металлический звон амуниции.

- Помни Дрогеду! Отомстим! - раздавалось над долиной.

Тонко ржали, потрясая головами, обгонявшие пехоту кони. Это небольшой, в полторы сотни опытных бойцов, кавалерийский отряд О'Нила перемещался на правый фланг. Туда, где был простор для манёвра, так как левый фланг ограничивался широким оврагом с протекавшим на его дне ручьём. Там же, справа находились и лучшие стрелки клонмельцев - две роты ольстерцев, вооружённых кремневыми мушкетами, а также испанский и ангарский отряды. Несколько десятков пиренейцев прибыли на Изумрудный остров по окончании войны на материке, чтобы и тут подзаработать звонкую монету. Ринат, сговорившись с вожаком испанцев, Хосе Кабралом, присоединился к ним уже в Голуэе. Хью с радостью принял наёмников - у ирландца каждый мушкет был на счету, а плата испанцам за службу оказалась не слишком высока. Необременительное жалованье потребовал и командир эзельских мушкетёров, которые удивили О'Нила тем, что даже не были католиками. Несмотря на это, стрелками они показали себя отменными - Хью отметил это в первые дни осады города подошедшим войском Кромвеля. Эзельцы частенько убивали прислугу английских орудий меткими выстрелами из своих чудесных мушкетов. А потому эзельцам и испанцам для прикрытия от удара кавалерии был выделен лучший отряд пикинёров-ольстерцев, которые пришли в Клонмель вместе с самим Чёрным Хью.

Когда расстояние между воинствами сократилось до двух сотен метров, Саляев дал команду на открытие огня.

- Орудийная прислуга, знаменосцы и офицеры выбиваются в первую очередь! - громким, охрипшим от сырости голосом Ринат прокричал приказ.

Но и без него аренсбуржцы знали о приоритетных целях - на Эзеле и при Белове, а тем более, при новом воеводе Паскевиче, военную науку втолковывали накрепко. А посему за пару лет вчерашние крестьяне, рыбаки, горожане и подмастерья становились слаженной командой боевых товарищей, которые понимали друг друга с полуслова. Ровный шаг, остановка и прицеливание. Каспер, эзельский дан, попавший в полк из дружины, задержав на несколько секунд дыхание, мягко нажал на спусковой крючок. Громыхнул выстрел, свежий ветер, дувший навстречу ирландскому войску, тут же унёс пороховой дым, а аренсбуржец, вытащив гильзу и перезарядив оружие, снова ожидал команды лейтенанта Кармакулова.

- Готовсь! Огонь! - прокричал офицер.