Справедливости ради надо сказать, что в ряде случаев из прифронтовой полосы высылали и немцев — российских подданных. Выселили их 200 тысяч, т. е. меньше, чем евреев. После вступления в войну Болгарии высылали и болгар. Не берусь судить, насколько обоснованы были опасения против них. А в Москве в 1915 году были погромы магазинов, владельцы которых носили немецкие фамилии. А поскольку евреи иногда носят немецкие фамилии, то и им доставалось (как немцам). Между прочим, обе эти кампании, антинемецкая и антиеврейская, часто велись в прессе и в Думе одними и теми же людьми. И в антинемецкой агитации тоже большую роль играл верховный главнокомандующий, великий князь Николай Николаевич. И привела эта кампания, среди прочего, к тому, что в центре России оказалось много озлобленных, антимонархически настроенных людей. Немцев-то, российских подданных, ведь, было 2 миллиона. И жили они повсюду. И озлобились не только те, кого выселения задели непосредственно, а все. Но выселения выселениями, а пушек и боеприпасов все одно — не хватало. К концу 1915 года Николай Николаевич был снят и направлен командовать Кавказским фронтом, куда он взял с собой Янушкевича. Евреев, во всяком случае ашкеназов, в тех местах не густо было, но эти господа и там ухитрились нам навредить. Командовал армией теперь сам царь Николай II. Вроде стало чуть легче — массовые выселения прекратились. Но не прекратилась антисемитская агитация. Продолжали обвинять евреев в шпионаже и всяком прочем содействии немцам. Между прочим, защитой евреев прославился адвокат А. Ф. Керенский.

Так как в 1916 году трудности стали уже очень заметны и в тылу, то и тут объявили, что «евреи виноваты» в недостатке продуктов и в исчезновении золотых и серебряных монет. Поползли слухи, что евреи переправляют золото и серебро в Германию с помощью аэропланов и даже с помощью птиц.

Продуктов стало не хватать, так как в деревне к тому времени начала остро ощущаться нехватка рабочих рук. А золото и серебро умные люди, независимо от национальности, припрятывают в трудные времена, а таковые явно наступали. Курс рубля в 1916 году резко понизился. И вот, из Министерства финансов и из Министерства внутренних дел губернаторам и жандармерии начали поступать соответствующие инструкции. Но оказалось, что их трудно провести в жизнь. В 1915 году страна наполовину поверила в измену евреев, объяснив этим неудачи на фронте. Но в 1916-м — уже не верила. Оказывается, и «евреи виноваты» может надоесть. И это был очень плохой признак для русской монархии.

Ну, а с точки зрения военных усилий России, что дал антисемитизм? Положительная сторона дела — объяснение стране военных неудач 1915 года — была отчасти достигнута. Но затем выяснилось, что у медали есть две стороны. В армию было мобилизовано 500 тысяч евреев. У большинства из них пропало желание геройствовать. Но не это было главной бедой, тем более что еще находились храбро сражавшиеся русские евреи[30], а то, что возникли международные осложнения.

Западноевропейская печать, даже в условиях военного времени, не могла смолчать. Впрочем, дальше слов дело тут не шло. Россия была все-таки могучей страной. На Восточном и Кавказском фронтах она сковывала добрую половину военных сил центральных держав, то есть столько же, сколько Британская империя, Франция (с колониями) и Италия, вместе взятые. (По существу, видимо, все-таки меньше половины — германские дивизии были боеспособнее австро-венгерских и турецких, а на Западном (французском) фронте их было больше, чем на Восточном).

Но нейтральные США наложили на Россию экономические санкции, и было это чувствительно для военных усилий страны. Особенно трудно стало для Российской империи получать кредит на ведение войны, как это было и во время войны с Японией. Так что выигрыш от антисемитизма был очень сомнительный. Но главное, эта антисемитская политика тормозила вступление Америки в войну против Германии. Тут президент Вильсон был полностью согласен с американскими евреями — нельзя вступать в союз с черносотенцами.

Глава 46

Трудно