Читаем Трудные дети полностью

Капли пота стекали по его лицу, падая мне на шею. Но он нашел в себе силы пробормотать:

— Все хорошо. Так и надо. Вот так, Саш, не бойся…Вот.

Я громко закричала и забилась под ним, не в силах остановиться. Двигалась под ним, подавалась навстречу, стараясь полностью забрать то, что он мне дал. И когда уже он, с рыком выдохнув мне в шею, кончил, я шире раздвинула колени, принимая все до конца и не в состоянии выбраться из чувственного тумана.

Я уснула почти сразу, по-прежнему ощущая его член в себе. Но сил и желания бодрствовать не осталось. А утром мы продолжим.

Глава 22.

Я ни секунды не пожалела о том, что вышло так, как вышло. Марат тоже. К тому же я сильно постаралась, чтобы у него не мелькнуло даже и тени подобной мысли.

Это было…восхитительно. Другого слова я и не смогла подобрать. Секс стал одним из лучших даров, которые я получила от этого мира, потому что на улице вряд ли я смогла бы когда-нибудь такое ощутить на себе. Оказывается, до этого момента я понятия не имела, что такое секс. И я не собиралась отказываться от этого подарка.

В глубине души, признаться, меня пугала реакция собственного тела. Самую малость, правда, но все же. В постели я не могла себя контролировать, мной руководила лишь жажда, нужда. Мозг полностью отключался, и я была готова умолять Марата не останавливаться, что, скорее всего, и делала. Я не привыкла себя не контролировать, тем более, настолько. Но и с этим пришлось смириться, особенно когда я поняла, что Марат тоже теряет голову. Если вдвоем, то…не страшно.

Я оказалась жадной до удовольствий. Именно такой, какой хотел видеть меня он. Даже в этом я была его отражением, копией. Он брал, что хотел, как хотел, а я наслаждалась каждой секундой. Всегда. Я и так никогда не была обременена моралью, стеснительностью, так что их не могло возникнуть и в постели. У меня не было понятия “нельзя”, “стесняюсь”, “страшно”. Он вырастил меня гедонисткой и эгоисткой, и на интимную сторону жизни это тоже распространялось. На нее особенно.

У нас странно развивались отношения. В каких еще парах девушка приходит к мужчине с прямой просьбой ее научить всему? А я так и говорила, в лицо, не таясь и не скрываясь за нагромождением слов. Я пришла к Марату с определенной целью, зная, что под его руководством обязательно ее достигну. Так и вышло.

Мое утро после первого раза наступило поздно вечером. Сказались две бессонные выматывающие ночи, поэтому спала я как убитая. И каково же было мое удивление, когда я, с трудом найдя брошенный в дальний угол несчастных халат, вышла в ванную, и в прихожей нос к носу столкнулась с Трофимом. Не знаю, кто выглядел более удивленным - он или я, но у обоих вытянулось лицо и приоткрылся рот. Марат на меня оглянулся, нахмурился, сводя темные брови на переносице, и заслонил от Лешкиного взгляда.

— Ты чего пришла? - кисло поинтересовался Марат, обхватывая меня за плечи.

— Вообще-то я в ванную.

— Вот и иди в ванную, - он осторожно втолкнул меня в помещение, все так же заслоняя собой Трофима, и с силой хлопнул дверью. - И в следующий раз будь любезна одеваться.

Я только фыркнула на закрытую дверь, щеколду задвинула и включила воду. Подумаешь. Лично я не предполагала, что дома у нас кто-то может быть, поэтому и не видела смысла особо изгаляться. Вышла я через сорок минут, Лешки уже не было, и я, затянув поясок потуже, пришла к Марату, курившему на кухне.

— Чье это в зале? - спросила я, вспоминая две большие картонные коробки, перегородившие проход.

— Леха привез. Он переезжает.

— Да ну? А в коробках что?

Марат рассеяно стряхнул пепел.

— Хлам всякий, который ему жалко выкидывать.

— Надеюсь, он их заберет.

— Надейся, - усмехнулся мужчина. - Я тоже надеюсь.

Я быстро перекусила, соорудив пару бутербродов, и мысленно напомнила себе, что не мешало бы посмотреть, что в коробках за хлам. Но позже. Сейчас меня больше интересовал стоявший напротив Марат, скрестивший ноги в лодыжках и пристально меня рассматривающий. Я откинулась спиной на стену и одарила его таким же изучающим взглядом. А ведь посмотреть было на что.

Раньше я воспринимала его тело как оружие. Он был сильным мужчиной, действительно сильным. Достаточно высоким и слишком мощным. Никаких узких бедер, ничего такого. Он был крупным, массивным и внушительным. Везде. Только раньше я смотрела на его тело как на показатель его физического превосходства надо мной, теперь - я разглядывала его как женщина, вспоминая, как Марат двигался надо мной, во мне, как я цеплялась за его плечи, царапая спину и предплечья. И вспоминая об этом, представляя себе картины прошлой ночи, я вздрогнула и выпрямилась, заерзав на стуле.

— Думаешь обо мне? - самодовольно улыбнулся Марат, от которого не укрылась моя реакция.

— Не только думаю. Мне понравилось.

— Я знаю.