Читаем Тростниковые волки полностью

– Так я тебе об этом и говорю! Сравнивать надо то, что случилось, с тем, что случилось бы в противном случае. Вот сидишь такой молодой ты на парах в институте. Тоскуешь. Мечтаешь стать историком. Но твой отец считает, что тебе нужно быть литейщиком, и вот ты здесь. Как ты думаешь, если сейчас не зайдут подозрительные парни с каской в сумке – как сложится твоя жизнь? Ты станешь литейщиком, примешь свою судьбу и будешь заниматься своими колоколами, да? И ничего не попытаешься поменять? Никуда не рванёшь, не попробуешь чего-то другого?

Она ждала ответа, и мне ничего не оставалось, как покачать головой:

– Нет, пожалуй. Ты права. Я бы всё равно что-то придумал. Скорее всего, рано или поздно, я нашёл бы копателей. Слишком уж коп похож на то, чем я всё детство мечтал заниматься.

– Вот видишь. И ты не знаешь, где твои дела сложились бы лучше – в этом варианте или в том, которого не произошло. Судьба слишком непредсказуема.

Я посмотрел на запястье и сообразил, что часы остались в комнате.

– А сколько времени, кстати?

– Четверть одиннадцатого, – сказала Верба.

– У-у, нам пора собираться. Туда ещё добраться нужно.

– Это что, далеко?

– Не очень, но я там раньше ни разу не был.

Областной психоневрологический диспансер, расположенный на выселках посреди частного сектора, представлял собой забор, уходящий в обе стороны за горизонт, и огромное здание главного корпуса прямо по центру перед воротами. Охранник на пропускном пункте начал рассказывать, что въезд на автомобилях разрешён только для персонала, но за две гривны вопрос был решён.

Я припарковался перед входом в главный корпус, и мы прошли вовнутрь. Навстречу нам выбежала медсестра.

– Это вы? Это вы, да? А Николай Сергеевич вас ждёт уже. Он у себя, наверху. Давайте я вам помогу…

Она чуть ли не насильно стянула с меня куртку и окинула взглядом Вербу, которая была в тёплом свитере без верхней одежды.

– Вам жарко будет, – сказала она, – там натоплено.

– Ничего, – холодно ответила Верба, – я потерплю.

– Как знаете, – пожала плечами медсестра и стремглав понеслась вперёд, куда-то неуловимым движением спрятав мою куртку по дороге.

Мы старались не отставать, хотя угнаться за ней было непросто. Втроём мы пронеслись по коридору, поднялись по лестнице, пересекли какой-то зал, затем опять поднялись по лестнице, снова пронеслись по коридору и опять поднялись по лестнице. Я давно уже потерялся в этом чудовищном здании и начал было подозревать, не издевается ли над нами попросту медсестра, как она остановилась и сказала:

– Вам сюда.

Она повернула ручку и распахнула перед нами дверь, отступив в сторону.

Кабинет, в который мы вошли, в общем, ничем не отличался от десятков врачебных кабинетов, в которых мне доводилось бывать до того. Только в качестве главного медицинского объекта, каковым, например, у стоматолога является зубоврачебное кресло, здесь была огромная – в полтора размера больше натуральной – пластиковая голова с лицом и открытым головным мозгом, раскрашенным в разные цвета и поделенным на зоны, помеченные какими-то циферками и надписями на латыни. Голова стояла на приставной части Т-образного стола, за основной частью которого сидел доктор в очках и белом халате.

– Добрый день, – сказал он и встал со своего места, чтобы поприветствовать нас.

Мы поздоровались, представились и расселись.

– Вы спрашивали… насчёт… – Доктор явно помнил, о чём речь, но не решался произнести вслух.

– Насчёт тростниковых волков, – кивнул я. – Мы пытались искать информацию о тростниковых волках и нашли в Интернете ваше имя.

– Насчёт тростниковых волков… – неспешно повторил за мной доктор. – А зачем вам информация о тростниковых волках? Где вы вообще о них слышали?

– Ну, собственно, мы ничего о них не слышали, потому-то мы и здесь. В общем, меня попросили отыскать одного человека. Пропавшего человека. – Я решил не вдаваться в подробности. – Пытаясь найти его след, от одного из его знакомых мы узнали, что этот человек говорил о тростниковых волках. Вот и всё.

– А что он о них говорил?

– Он увидел своего друга после долгой разлуки и сказал: «Я уж было думал, что тебя съели тростниковые волки». Так, кажется.

– Да-да… – Доктор погрузился в свои мысли, затем снова посмотрел на нас. – А… этот человек… которого вы ищете… он кто?

– Ну как «кто»?.. Человек. Обычный человек.

– Обычный?

Я понял, что так мы будем толкаться на месте до завтрашнего утра.