Он сидел среди пассажиров, уставившись в газету, а когда объявили посадку, свернул ее и сунул в карман. Потом поднялся и наблюдал, как Джик и Сара показывают контролеру посадочные талоны. Он не спускал с них глаз, пока они не поднялись по трапу, и только тогда мужчина наконец тронулся с места и направился прямо ко мне.

Сердце мое чуть не выпрыгнуло из груди, ноги приросли к полу.

Выглядел он точно так же, как и тогда. Молодой, решительный, с кошачьими движениями. И шел прямо на меня.

Но он даже не взглянул в мою сторону. За три ярда до меня он остановился у телефона и стал искать в кармане монету.

Я все еще был уверен, что он заметит меня. Вот сейчас присмотрится внимательно, узнает… и сделает нечто такое, о чем мне придется пожалеть. Я чувствовал, как холодный пот течет у меня по спине.

«Заканчивается посадка на Мельбурн!»

«Мне нужно торопиться, - подумал я. - Придется пройти мимо него».

Я с трудом заставил себя сдвинуться с места. Каждый шаг давался мне с большим трудом. Сейчас он окликнет меня или, того хуже, опустит свою тяжелую руку мне на плечо.

Наконец я подошел к двери, показал посадочный талон и вышел на летное поле. Я обернулся и увидел его через стеклянную дверь кабины контролера. Человек был поглощен телефонным разговором и даже не глядел в мою сторону.

А до самолета было неблизко.

«Помоги мне Бог, - подумал я. - Если простой испуг совершенно обессилил меня!»

Глава 11

Я сидел возле иллюминатора в хвостовой части самолета. Всю первую половину полета я любовался пейзажами - как и во время рейса в Алис, - смотрел, как внизу тянутся бесконечные мили красной земли. Там была пустыня, хранившая в своих недрах воду, заполнившую обширные озера и расселины в скалах. Пустыня, способная на протяжении многих лет держать в своей раскаленной пыли засыпанные семена, а после дождя вдруг расцвести, как сад. Край испепеляющей немилосердной жары, и все же местами прекрасный.

ВАН, думал я, наслаждаясь зрелищем, но как художника оно меня не вдохновляло.

Потом я снял свою экстравагантную шляпу, положил ее на свободное место рядом с собой и попытался устроиться поудобнее. Беда была в том, что сломанная лопатка не давала мне откинуться на спинку сиденья. Казалось невероятным, что вообще можно сломать лопатку! Но врачи объяснили, что так случается, когда на нее приходится вся тяжесть тела.

Ладно. Я на минуту закрыл глаза, стараясь избавиться от чувства тошноты. Мой выход из больницы был настоящим подарком одного из врачей, который сказал, что не может задерживать меня, если я решил уйти, но считает, что лучше было бы побыть здесь еще денек-другой.

- И пропустить кубок? - запротестовал я.

- Вы с ума сошли!

- Конечно. И не смогли бы вы оказать мне услугу: если кто-нибудь будет обо мне спрашивать по телефону, пусть ответят, что мое состояние удовлетворительное, что я поправляюсь… но ни в коем случае не нужно сообщать, что я уже вышел.

- Почему?

- Я хочу, чтобы негодяи, из-за которых я сюда попал, думали, что я еще в больнице. Хотя бы несколько дней. Пока я не уеду куда-нибудь подальше.

- Но они больше не осмелятся!

- Кто знает?!

- Вы хотите сказать, - пожал он плечами, - что вас нервирует такая возможность?

- Пусть будет так, доктор!

- Ладно. Два дня я вам гарантирую. Я не вижу криминала в вашей просьбе и выполню ее, так что не волнуйтесь по этому поводу. А это что такое? - спросил он, показывая на покупки Джика.

- Выдумка моих друзей на тему «Одежда для путешествия».

- Вы шутите?

- Они художники, - ответил я, как будто такая специальность объясняла любые затеи.

Врач вернулся через час с документами на выписку. Снова появилась кредитная карточка Джика, едва выдержавшая тяжесть представленного счета. Тем временем я оделся и начал примерять шляпу.

- И в таком виде вы собираетесь ехать в аэропорт? - спросил эскулап, недоверчиво глядя на меня.

- Да.

- А как?

- Думаю, на обычном такси.

- Разрешите, лучше я вас подвезу, - сказал он, вздыхая. - А если вам станет очень плохо, мы сможем вернуться.

Он ехал осторожно, а губы его несколько раз вздрагивали в усмешке:

- Тот, у кого достаточно мужества, чтобы в таком виде появиться на людях, не должен бояться каких-то двух бандитов…

Врач заботливо высадил меня возле дверей аэропорта и, посмеиваясь, уехал.

- Тодд? - Голос Сары прервал мои мысли. Я открыл глаза. Она стояла рядом.

- Тебе не очень плохо?

- М-м-м… Ничего.

Она обеспокоенно осмотрела меня и прошла к туалету. К ее возвращению я успел еще кое-что придумать и остановил ее:

- Сара, за вами следили до самой посадки в самолет. В Мельбурне к вам тоже кто-нибудь прицепится. Скажи Джику, чтобы он взял такси, обнаружив хвост, избавился от него и вернулся в аэропорт другим такси, чтобы сесть за руль нанятой машины. Не забудешь?

- А хвост? Он на самолете?

- Нет. Он остался там.

Она прошла вперед к своему месту. Самолет приземлился в Аделаиде, часть пассажиров вышла, сели новые, и мы поднялись в воздух. чтобы еще час лететь до Мельбурна. Потом и Джик прошел в хвост самолета. По пути назад он на миг задержался возле меня.