Читаем Тропик Змеев полностью

Каменистые почвы Тамшира не слишком хорошо поддерживают деревья, пригодные для лазанья, а уж тамширские джентри[7] не поддерживают склонности к древолазанью в своих дочерях ни в малейшей мере. Мекисава влез наверх без каких-либо затруднений, за ним на удивление легко последовала Натали, а вот мне потребовалась помощь мистера Уикера. Не сомневаюсь, к тому моменту, как мы догнали остальных, мои щеки алели пламенем – частью из-за жары, но в основном из-за крайне нескромного физического контакта, без которого было никак не обойтись. Неловкий разговор во время охоты мы отодвинули в сторону – или, скорее, замели под половик, – но трудно игнорировать вопросы приличия, когда мужчина, дабы помочь даме взобраться на дерево, толкает ее ладонями пониже спины!

В отличие от меня, мистер Уикер хотя бы мог списать красноту собственного лица на ниддийское происхождение. (По-моему, краснеть он не прекращал с самого момента прибытия в Нсебу.) Но оба мы забыли о смущении, едва увидев то, что показал нам Мекисава.

Огромное дерево поднималось много выше, но в этом месте деревца-паразиты, росшие на его стволе, тянулись в сторону и прямо перед нами сплетались с паразитами, росшими на другом дереве. Приглядевшись внимательнее, я поняла, что это вовсе не случайность.

Возможно, начало всему и было положено случаем, но, подобно тому, как остров, на котором мы устроили стоянку, был делом человеческих рук, это сплетение растительности тоже не обошлось без вмешательства человека: связанные вместе ползучими лианами, деревца превращались в…

– Мост! – воскликнула Натали, улыбнувшись от уха до уха.

– Твоя душа – душа истинного инженера, – сказала я ей по-ширландски.

Нет, это было сказано без малейшей насмешки. И мост я оценила по достоинству, особенно после того, как обнаружила, что это – часть наполовину естественной, наполовину рукотворной сети мостов, тянущейся над болотом в разные стороны. Большую часть года в распоряжении мулинцев имеются пути и попроще, и эта система воздушных мостов остается без дела, но в паводок она позволяет переправляться через те места, где могут скрываться драконы и прочие хищники.

Пожалуй, на первый взгляд это не такое впечатляющее сооружение, как никейские акведуки или йеланские дороги, но сомневаюсь, что кто-то способен остаться равнодушным, стоя на краю мулинского воздушного моста.

Сомневаюсь и в том, что кому-либо удастся сохранить спокойствие, доверив подобной конструкции собственный вес и встав на нее обеими ногами. Мекисава пошел первым, осматривая мост и время от времени останавливаясь, чтобы вплести новую ветку в нужное место, где она укрепит все сооружение. Как бы ни интересно было наблюдать за этим процессом, доверию к данной конструкции он отнюдь не способствовал.

Мы, ширландцы, с сомнением переглянулись.

– Тут можно действовать двумя способами, – сказала Натали. – Мистер Уикер, вы самый тяжелый из нас. Если вы пойдете первым, мост будет меньше всего поврежден и с большей вероятностью выдержит ваш вес. Однако это может увеличить риск для нас с Изабеллой. Если первыми пойдем мы, вы сможете оценить его прочность… но к тому времени, как очередь дойдет до вас, мост может ослабнуть и станет для вас небезопасен.

К этому времени Мекисава уже перешел на ту сторону и нетерпеливо замахал нам.

– Думаю, это вполне безопасно, – сказала я, заставив себя приблизиться к краю моста. – Мулинцы же постоянно ходят по таким.

– Мулинцы весят вдвое меньше моего, – пробормотал мистер Уикер, если и преувеличив, то лишь самую малость.

Я сделала глубокий вдох и поставила ногу на ветку, вцепившись в ближайшую лиану, словно от нее зависела вся моя жизнь, и от души надеясь, что это не так. Конструкция, оказавшаяся у меня под ногами, была похожа на настоящий мост не более, чем веревочная лестница на каменную. Возможно, она вполне могла выдержать мой вес, но с виду уверенности в этом ничуть не внушала. Еще раз благословив решение переодеться в штаны, я подняла ногу, сделала осторожный шаг и поставила ее сразу за тем местом, где ветка, поддерживавшая меня, перекрещивалась с другой. Наверняка босиком, имея возможность сгибать ступню и цепляться за ветки пальцами ног, пройти было бы легче – но только для мулинки, а никак не для меня: мои пятки были для этого слишком нежны. К счастью, на лианах и ветках, за которые я держалась руками, не оказалось шипов: здесь, наверху, растениям незачем было опасаться травоядных. Так, шаг за шагом, я двинулась вперед.

Думаю, посреди подобной авантюры никто не избежит моей ошибки и посмотрит вниз.

Внизу, прямо подо мной, оказалось кружево из веток и лиан, слишком тонкое, чтоб выдержать мою тяжесть, случись мне упасть, а еще ниже – головокружительно далеко – поблескивало темное, буро-зеленое зеркало вод, неподвижность коего нарушал лишь след какого-то существа, проплывавшего под самой поверхностью.