– А вот, представьте себе, чиста моя совесть! Немного я пожил в Сибири, всего четыре года, но видел больше, чем там, под Суздалью. Здесь, в Сибири, народ другой, морозами да испытаниями каленный. Я не ровняю всех под одну гребенку, и здесь мрази хватает: вон, слышали, что староверы говорят, у охотника соболей украли! Бог весть сейчас на кого думать… а только таких единицы. На воровство да убийство не каждый решится, потому как знает, что за это будет. В основном тут люди такие, что, если обещал, разобьется, но сделает. А если стал товарищем, то это навсегда, такой уже никогда не подведет и не бросит!

Молчит полковник Громов, плохо понимает Егора. Ему, кадровому, штабному офицеру, не понять характер простого мужика. Он не общался с ними никогда, с кадетского корпуса был переведен в исполнительную секрецию, где мужиками не пахло. Другое дело Сергей: три года с солдатами в окопах кашу с одного котелка ел, до сих пор вшей вывести не может… Он понимает Григория, Егора и знает, что словесной моралью полковника Громова сейчас не переубедить. Чтобы понять смысл жизни простого человека, а не господина, надо побывать в его шкуре, быть какое-то время рядом с ним, пережить, его проблемы. Поэтому молчит сейчас Сергей, не тратит слова попусту, видит, все это бесполезно.

Полковник Громов все еще пытается преподнести свою правду. Это ему не удается. Сергей, отвернувшись, улыбается уголками губ. Егор старается не обращать внимания, коротко отвечает «да» или «нет».

Дверь дома тихо приоткрылась, на крыльцо тенью вышла Софья. Кончилась вечерняя служба, девушка поспешила на улицу. Здесь ее уже поджидал Григорий, протянул свою кружку:

– Софья! Дай квасу напиться!

Софья зашла в дом, очень скоро вышла с берестяным туесом в руках. Пока она наливала Гришке квасу на березовом соку, тот ей негромко, но быстро что-то говорил, потом, встав спиной к костру, незаметно от всех вытащил из внутреннего кармана сверток, передал девушке. Та быстро спрятала подарок у себя в ладони, птицей порхнула назад, в дом.

Для всех эпизод был не более чем обыкновенное общение. Полковник все еще приставал к Егору своими вопросами. Сергей в это время подкуривал папироску. И только Егор вдруг понял, для кого Гришка купил в лавке у Агея хризолитовые бусы.

12

Гремит Гуляевский порог! Глухой, пугающий рык недовольного, несвоевременно разбуженного демона бьется в близстоящие горы и возвращается назад сбитым, пугающим эхом. От сильного, плотного, резкого потока дрожит земля, колеблется воздух, качаются ветви деревьев. Зажатый в узкую в теснину Казыр прыгает по скрытым камням неукротимым зверем. Вальяжные валы вздымаются на высоту трех метров и тут же падают вниз, образуя бурную стремнину. Резкий сбой вздымает радужные брызги. Кипящий удар потока варит шипящую пену. Плотный, тугой напор реки неукротимо давит массой воды на возможную преграду, постепенно разбивая камень в пыль. Гладкие лизунцы-окатыши с едва слышным щелканьем передвигаются по дну русла. В своенравный, уверенный, постоянный хаос противостояния законов природы вливаются десятки различных голосов. Здесь предупреждающее шипение сотен змей; дыхание холодного, осеннего ветра; шорох падающих снежинок; танец запоздалого листопада; угроза приближающейся лавины в горах; феерия водопада и еще десятки других, обычных сравнений, знакомых человеческому уху.

В своем триумфальном существовании Гуляевский порог имеет веские причины уважения к себе. Не зная покоя, бушующая вода мечется от камня к камню, бесформенно искажая избранную матеру. Сумбурный сбой плотной воды о подводные камни порождает хаотическую пляску смерти. Увлеченное стремниной живое существо имеет маловероятные шансы на спасение. Десятки животных ежегодно гибнут в стремительном потоке, разбиваясь о коварные валуны, захлебнувшись фонтанами брызг или увлекаясь беспощадным водоворотом стремнины. Не каждая рыба принесет в тихую заводь, на нерест, свою икру. О том, сколько людских душ забрал в свои объятия неподвластный, непокорный порог, покажут и расскажут старые и свежие затеси на деревьях на скалистом берегу. Подлинную картину коварства природного явления дополнят могильные кресты, выставленные то тут, то там на всем протяжении порога.