Читаем Трон Валузии полностью

Царь Кулл под охраной воинов в алых одеяниях отправился во дворец. Он прошел в свои личные покои, где слуги давно приготовили пиршественный наряд. Кулл с некоторым сожалением снял золоченые парадные доспехи и облачился в царские парчовые одеяния. Золотой меч в ножнах, усыпанных изумрудами и рубинами, складывающимися в сложный, чрезвычайно красивый узор, завершил наряд.

Кулл в нетерпении вышагивал по комнате из угла в угол, то и дело бросая взгляды на дверь.

Наконец, вошел советник Ту, лицо старого царедворца ничего не выражало, словно ничего особенного и не произошло. Кулл вопросительно взглянул на него. Советник Ту подождал, пока слуги покинут помещение и двери плотно закроются за ними.

- Брул вернулся?

- Нет, но как только он появится, его сразу проведут к вам, поклонился сановник, - Гости ждут вас, мой царь. Скоро вы узнаете кто замышлял против вас в этот раз. Но послушайте моего совета.

- Какого совета? - нахмурил брови царь. - Те, кто хотел отравить меня и моих гостей не заслуживают ни малейшего снисхождения...

- Я не об этом говорю, ваше величество, - снова поклонился Ту. - Разумеется, зло должно быть примерно наказано, чтобы другим впредь не повадно было покушаться на древний трон Валузии, который сейчас занимает наиболее достойный из всех царей. Напротив, я как раз хочу, чтобы все заговорщики были выявлены, поэтому и осмеливаюсь дать совет. Забудьте о покушении, ваше величество, это уже дело доблестного Келькора и его воинов - они не пропустят ни единого человека, кто не пригубит вина после вашего тоста в честь великого Хотата. Ведите себя просто, словно думаете о том, как бы повкуснее поесть и попить. А то сейчас по вашему грозному виду сразу всем ясно, что вы словно готовитесь к бою. Это отпугнет заговорщиков раньше времени, они смогут понять, что их злокозненный замысел раскрыт и вино успели заменить на доброкачественное. Тогда мы не узнаем имен преступников, и они будут плести свои зловредные сети и следующий их удар может оказаться роковым. Сейчас вы напоминаете разъяренного тигра, вышедшего на охотничью тропу в поисках добычи.

- Ты прав, старый Ту, - согласился царь, оправляя на себе прекрасные одежды. - Я хочу узнать имена преступников, а посему буду вести себя как ни в чем не бывало. Слава Валке, ждать осталось совсем недолго. Идем же скорее в пиршественный зал!

Фанфары возвестили о том, что царь древней Валузии прибыл в пиршественный зал, чтобы отпраздновать со знатнейшими и благороднейшими людьми страны, а также послами дружественных держав праздник великого Хотата.

Гости стоя приветствовали царя восторженными криками:

- Славься царь Валузии, Кулл, мудрейший и справедливейший из всех царей!

- Хвала Валке и Хотату, что послали Валузии такого бесстрашного и мужественного царя!

- Да пребудет во веки веков царь Кулл в добром здравии, а царство его пусть процветает и богатеет!

Но не все восхищенно смотрели на рослого и красивого мужчину в золотых парчовых одеждах и царским мечом в роскошных ножнах, не все восторженно приветствовали его, некоторые цедили хмуро сквозь зубы, так что сами расслышать почти не могли:

- Да будь ты проклят, кровавый тиран! Смерть царя Борны жаждет отмщения ненавистному убийце!

- Позор для древней Валузии, что варвар восседает на ее троне!

- Смердячий узурпатор с грязных языческих островов!

Куллу было совершенно наплевать, как на лживые льстивые речи, так и на искренние ненавистные взгляды врагов. Большинство врагов способны были лишь бросать яростные взгляды, да бессильно цедить сквозь зубы проклятия, в честный бой - меч против меча, сила против силы, они вступать не отваживались и потому служили валузийскому царю верой и правдой. Самое смешное, что им царь доверял порой даже больше, чем тем, кто восторженно расточал ему похвалы и здравицы. И почему-то Кулл был уверен, что отравителем окажется совсем не тот, кто отводит хмурый взор, а тот кто восхищенно приветствует его с благостной улыбкой.

Кулл сел на точное, только значительно меньшее, подобие Топазного Трона во главе огромного стола. Вернее, к главному столу, у которого были приготовлены места царю, его сановникам и ближайшим друзьям, а также послам самых могущественных держав, были приставлены семь длиннейших столов, по обе стороны которых и рассадили дорогих гостей.

По правую руку от царя сел советник Ту. Кресло по левую руку было оставлено для Брула, а следующее занимал посол пиктов Ка-ну, которому Кулл был многим обязан и очень любил старика, за живой ум и многие знания прощая ему маленькие слабости, такие как излишнее пристрастие к вину и слабому полу.

Собравшиеся на пир гости по приглашающему знаку царя сели в кресла, многочисленные рабы проворно наполнили всем кубки прекрасным янтарным вином, один запах которого мог вскружить голову. Все смотрели на царя Валузии.

Наступило решающее мгновение. Кулл поднял свой кубок и все последовали его примеру.