Читаем Трофейная ведьма полностью

— Вы отличный отец, Матвей, однако, чтобы быть рядом с дочерью, в этом придется убедить ее бабушку.

У мужчины дернулась щека, глаза прищурились, но тем не менее он весело уточнил:

— Она тоже ведьма?

— Со стороны мамы у Авроры все родственники необычные люди.

— Только тещи-ведьмы мне и не хватало! А еще радовался, что женился на сироте — вот, теперь огребаю, — с иронией произнес шатен.

Он взволнованно ходил по комнате, мельтеша перед моими глазами, что быстро начало раздражать.

— Мой совет: вместо похода отправляйтесь с нами в Темные Воды. Убедитесь, что Авроре следует там жить для ее же блага. И кто знает, может, ее бабка обрадуется вам, увидев вашу сознательность и мудрость?

Я снова врала: плевать хотела Стелла на его сознательность, когда ей нужна только внучка. Аврора — единственная дочь единственной дочери Верховной, наследница дома Волковых. Дочери сыновей, может, и будут сильны, как Аврора, но настолько крепкой связи, как с ней, у Стеллы не будет. В таком раскладе пользующийся авторитетом отец лишний. И в то же время есть шанс, что девчонка, погрузившись в новый мир, вскоре сама отдалится, забудет скучного отца. И тогда Волкова позволит ему спокойно жить, просто-напросто выгнав из Темных Вод.

Матвей не ответил, крепко задумавшись. Я тоже хранила молчание, решив больше не уговаривать и уж тем более не давить. Ставлю на его благоразумие и… любопытство.

Он мерил гостиную широкими шагами, то хмурясь, то ероша темно-русые волосы, отчего модельная стрижка превратилась в хулиганисто-озорные вихры.

Я смотрела на него — и, кажется, понимала, почему Виктория выбрала его в мужья. Он не обладал притягательностью и физической мощью ведьмаков, их стойкостью и напором. Зато умел внимательно слушать, был ироничен, честен и прям.

А еще он шел на компромисс. Матвей согласился.

— Хорошо, мы отправимся в Темные Воды через несколько дней.

— Завтра, — поправила его. — Вместе с нами. Вам несколько лет удивительно везло: Аврора еще не сталкивалась с теми, кого манит сила ведьм. Но они существуют и представляют для нее серьезную угрозу.

Я выразилась мягко, не став пугать, что маленькая ведьмочка, повстречав одержимого, гарантированно погибнет.

Мужчина нахмурился.

— Вы об инквизиторах сейчас?

— Нет. Разумеется, есть организации, которые считают ведьм злом, но не они наша главная проблема.

— А кто?

Обеспокоен? Заинтригован? Отлично. Нет ничего острее крючка интереса.

— До городка сутки пути — я успею рассказать вам самое важное в поезде.

Помолчав пару мгновений, он кивнул.

— Хорошо. Время отправления поезда?

Я назвала.

— Утренний не подходит, мы не успеем собрать вещи.

— Хорошо, тогда отправимся вечером, это не критично.

Матвей подошел к окну. Отдернув тяжелую штору и выглянув на улицу, отстраненно заметил:

— Уже поздно, Авроре пора спать. Раз мы выяснили главное, предлагаю попрощаться до завтра. Извините, остаться на ночь не предлагаю — сборы, сами понимаете.

Мне тактично намекнули, что не доверяют. Я улыбнулась: все правильно, ведьмам верить нельзя, а осторожные люди живут дольше и счастливее.

— Не переживайте, мы остановимся в отеле.

Через несколько минут мы с Германом покинули не слишком гостеприимных хозяев уютной квартиры.

Стоило захлопнуться двери подъезда за нашими спинами, как у меня зазвонил телефон. Стелла? Желает узнать, чем мы заняты?

Достав из сумочки гаджет, я напряглась. Обо мне вспомнила не Первая Мать общины, а сестра. Моя родная старшая сестра Арина. Если отец и братья периодически звонили, интересуясь моей судьбой, то она решительно вычеркнула меня из своей жизни.

Такое ощущение, что это я сделала ей гадость, а не наоборот.

— Не хочешь отвечать? — поинтересовался Герман.

Я покачала головой.

— Это Арина.

— Я вижу и не понимаю, почему ты не отвечаешь, — с осуждением произнес он. — Ты счастливая — можешь услышать голос родного человека в любую минуту.

Невысказанное до конца признание больно кольнуло. Да, я могу поговорить с сестрой, а он со своей — нет.

— Я бы многое отдал, чтобы услышать смех Виктории, спросить, как у нее дела, — добавил он, вгоняя меня в краску.

Устыдил. Я прониклась. Вот только поздно — Арина отключилась.

— Не успела, — совсем не огорчилась я, наоборот, испытывая облегчение.

С годами обида на старшую сестру и не думала слабеть. То, что она сделала, нелегко простить.

— Не хотела успеть, — возразил Волков сухо и поспешил к сидящим на лавочке друзьям.

И снова он прав. Арина поступила некрасиво, когда восемь лет назад, после несчастья, которое со мной случилось на озере, категорически отказалась возвращаться домой. А через четыре года, когда дом Вороновых остался без последней сильной ведьмы, нашей матери, поспешила сделать так, чтобы ее принудительно не заставили его возглавить. Вместо того чтобы приехать на похороны, она прошла ритуал перехода в род мужа, отказалась от ворона, приняв новый эквиум — беркута.