Читаем Троецарствие. Том 1 полностью

– Скорей сознавайтесь, не то будет худо!

Тогда Сунь Цзянь, воздев руки к небу, поклялся:

– Если я нашел и утаил печать, пусть несчастье постигнет меня, пусть погибну я от меча или стрелы!

– Раз Сунь Цзянь так клянется, значит печати у него нет, – таково было суждение князей.

Но Юань Шао вызвал перебежавшего воина и спросил его:

– Видел ты этого человека, когда извлекали труп из колодца?

Сунь Цзянь обнажил висевший у пояса меч и в ярости хотел зарубить доносчика.

– Если ты хочешь снести ему голову, значит ты лжешь! – закричал Юань Шао, выхватывая меч из ножен.

Янь Лян и Вэнь Чоу, стоявшие у него за спиной, также схватились за мечи.

Чэн Пу, Хуан Гай и Хань Дан, стоявшие позади Сунь Цзяня, сжимали в руках оружие. Князья удержали их.

Сунь Цзянь, вскочив на коня, ускакал из лагеря и тут же покинул Лоян. Разгневанный Юань Шао в эту же ночь послал преданного человека в Цзинчжоу предупредить Лю Бяо, чтобы он перехватил Сунь Цзяня по дороге и отобрал у него печать.

На следующий день пришла весть, что Цао Цао, преследовавший Дун Чжо, сражался в Жунъяне и, потерпев поражение, теперь возвращается. Юань Шао велел встретить его и проводить в лагерь. Собрав князей, он устроил пир, чтобы развеять печаль Цао Цао.

Среди общего веселья Цао Цао поднялся и сказал со вздохом:

– Я начал великое дело, чтобы избавить страну от злодеев. Все вы вошли в союз, движимые чувством справедливости, и я вам открою свой первоначальный план: Юань Шао должен был бы повести хэнэйские войска к Мынцзиню и Суаньцзао, а остальные князья – оборонять Чэнгао, удерживать Аоцан и прикрывать Хуаньюань и Дагу, держа под наблюдением важнейшие места. Гунсунь Цзань с наньянскими войсками должен был занять Даньси и, вступив затем в Угуань, угрожать району Саньфу, который весь покрыт глубокими рвами и высокими валами, так что там никто не решился бы вступить с нами в бой. Такое распределение сил внесло бы замешательство в ряды врага и создало в Поднебесной благоприятную обстановку для подавления мятежа. Сразу повсюду был бы восстановлен порядок. Ныне же вы медлите и стоите на месте, не оправдывая великих надежд Поднебесной. Это повергает меня в величайший стыд!

Юань Шао и другие ничего не могли возразить. Понимая, что Юань Шао и каждый из князей думают по-своему и что так невозможно успешно завершить дело, Цао Цао один повел свои войска в Яньчжоу.

– Юань Шао бессилен, и его уже давно следовало бы сместить, – сказал Гунсунь Цзань Лю Бэю и его братьям. – Мы тоже уйдем от него.

Они снялись с лагеря и двинулись на север. Дойдя до Пинъюаня, Гунсунь Цзань оставил там Лю Бэя, а сам ушел охранять свои земли и восстанавливать армию.

Видя, что все князья расходятся, Юань Шао тоже покинул Лоян и отправился в Гуаньдун.


А теперь поговорим о Лю Бяо, которому Юань Шао велел отобрать печать у Сунь Цзяня.

Лю Бяо происходил из Гаопина и был родственником императорской семьи. В юности он дружил с семью знаменитыми людьми, и их вместе называли «восемью удальцами из Цзянся». Это были Чэнь Сян из Жунаня, Фань Пан из той же области, Кун Юй из княжества Лу, Фань Кан из Бохая, Тань Фу из Шаньяна, Чжан Цзянь оттуда же и Чэнь Цзин из Наньяна. Кроме того, у Лю Бяо были помощники Куай Лян и Куай Юэ из Яньпина и Цай Мао из Сянъяна.

Получив письмо Юань Шао, Лю Бяо приказал Куай Юэ и Цай Мао с десятитысячным войском преградить путь Сунь Цзяню. Когда его армия приблизилась, Куай Юэ построил свое войско в боевой порядок и выехал вперед.

– Храбрый Куай Юэ, почему ты преградил мне путь? – спросил его Сунь Цзянь.

– Ты – подданный династии Хань, как же ты посмел присвоить государственную печать? – угрожающе спросил Куай Юэ. – Отдай мне печать и уходи.

Вместо ответа Сунь Цзянь приказал Хуан Гаю вступить в бой. На поединок вышел Цай Мао. После нескольких схваток он отступил, и Сунь Цзянь, воспользовавшись этим, с боем перешел границы владений Лю Бяо. За горой загремели гонги и барабаны – это подоспел со своим отрядом сам Лю Бяо. Сунь Цзянь поспешил приветствовать его и спросил:

– На каком основании вы поверили письму Юань Шао и чините препятствие мне, правителю соседнего округа?

– Ты утаил государственную печать и замышляешь мятеж!

– Пусть я умру от меча или стрелы, если печать у меня! – воскликнул Сунь Цзянь.

– Хочешь, чтобы я поверил, дай мне обыскать тебя!

– Кто ты такой, что осмеливаешься так неуважительно относиться ко мне? – гневно вскричал Сунь Цзянь и тотчас повел своих воинов в бой.

Лю Бяо отступил. Сунь Цзянь, подхлестнув коня, бросился за ним. Но тут в битву вступили войска, скрывавшиеся в засаде у подножия двух гор, а сзади приближались Цай Мао и Куай Юэ. Сунь Цзянь попал в кольцо.

Поистине, верно сказано:

Хотя утаил он печать, но пользы ему никакой,Войну этим только разжег и потерял покой.

Как Сунь Цзянь вышел из опасного положения, об этом вы узнаете в следующей главе.

<p>Глава седьмая,</p><p>в которой говорится о том, как Юань Шао сражался с Гунсунь Цзанем, и о том, как Сунь Цзянь перешел реку</p>
Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-классика

Город и псы
Город и псы

Марио Варгас Льоса (род. в 1936 г.) – известнейший перуанский писатель, один из наиболее ярких представителей латиноамериканской прозы. В литературе Латинской Америки его имя стоит рядом с такими классиками XX века, как Маркес, Кортасар и Борхес.Действие романа «Город и псы» разворачивается в стенах военного училища, куда родители отдают своих подростков-детей для «исправления», чтобы из них «сделали мужчин». На самом же деле здесь царят жестокость, унижение и подлость; здесь беспощадно калечат юные души кадетов. В итоге грань между чудовищными и нормальными становится все тоньше и тоньше.Любовь и предательство, доброта и жестокость, боль, одиночество, отчаяние и надежда – на таких контрастах построил автор свое произведение, которое читается от начала до конца на одном дыхании.Роман в 1962 году получил испанскую премию «Библиотека Бреве».

Марио Варгас Льоса

Современная русская и зарубежная проза
По тропинкам севера
По тропинкам севера

Великий японский поэт Мацуо Басё справедливо считается создателем популярного ныне на весь мир поэтического жанра хокку. Его усилиями трехстишия из чисто игровой, полушуточной поэзии постепенно превратились в высокое поэтическое искусство, проникнутое духом дзэн-буддийской философии. Помимо многочисленных хокку и "сцепленных строф" в литературное наследие Басё входят путевые дневники, самый знаменитый из которых "По тропинкам Севера", наряду с лучшими стихотворениями, представлен в настоящем издании. Творчество Басё так многогранно, что его трудно свести к одному знаменателю. Он сам называл себя "печальником", но был и великим миролюбцем. Читая стихи Басё, следует помнить одно: все они коротки, но в каждом из них поэт искал путь от сердца к сердцу.Перевод с японского В. Марковой, Н. Фельдман.

Мацуо Басё , Басё Мацуо

Древневосточная литература / Древние книги
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже