Читаем Троецарствие полностью

– Раньше жертвоприношения составляли сорок девять человеческих голов, – отвечал Мын Хо, – да еще несколько черных волов и белых баранов. После таких приношений духам ветер сразу утихал и, кроме того, несколько лет подряд бывал богатый урожай.

– Война окончена, и было бы неразумно опять убивать людей, – возразил Чжугэ Лян и, сев в свою коляску, отправился на берег Лушуй.

Волны реки неистово бушевали. Чжугэ Ляна охватила тревога. Он разыскал местных жителей и стал их расспрашивать, как утихомирить реку.

– После того как вы, господин чэн-сян, перешли на наш берег, мы каждую ночь слышим стоны демонов и духов, – отвечали жители. – Вопли эти не прекращаются от заката солнца до самого рассвета. В дымке испарений даже видны эти духи. Они приносят большие беды; в этом месте никто не смеет переправляться через реку!

– Во всем виноват я, – произнес Чжугэ Лян. – В реке погибло много воинов военачальника Ма Дая и маньских войск. Их обиженные духи теперь и бесчинствуют. Придется мне принести им жертвоприношение.

– По местному обычаю в жертву приносят сорок девять человеческих голов, – сказали жители. – После этого недовольные духи скрываются и затихают.

– Я больше не буду убивать людей! – вскричал Чжугэ Лян. – А если духи погибших недовольны, так я знаю, что делать!..

Вызвав к себе походных поваров, Чжугэ Лян приказал им зарезать быка и лошадь, а потом сделать из теста шары, напоминающие человеческие головы, и начинить их мясом. Эти шары назвали «маньтоу», что значит головы маньцев.

Ночью на берегу Лушуй установили столик с благовониями, приготовили все необходимое для жертвоприношения, зажгли сорок девять светильников и разложили в один ряд сорок девять маньтоу.

Во время третьей стражи Чжугэ Лян, в головном уборе из золота и в одеянии из пуха аиста, подошел к алтарю и велел Дун Цзюэ читать жертвенное поминание: