Углубляться в ложбину мы не стали: присели за толстой развесистой елкой и принялись наблюдать.

– И где это?

– Прямо перед тобой.

– Ну где – передо мной?

– А вот угадай. Ты ж погранец, глаз должен быть наметан.

С минуту посидели, послушали, посмотрели: тишина. Где блиндаж, я так и не разгадал. То ли навык утратил, то ли замаскировали мастерски – в общем, никаких признаков.

Смотрю – Разуваев малость озверел. В смысле: по-собачьи ноздрями прядает, шерсть на загривке встала дыбом, взгляд немигающий, в одну точку устремлен. Ну прямо борзая, почуявшая дичь.

– Ты чего?

– Тихо…

– Да и так тихо! – Мы говорили еле слышным шепотом. – Чего встопорщился?

– Там кто-то есть.

– Это ты как определил? По запаху, что ли?!

– Ну… Просто чувствую.

– Ага… Лично я ничего не чувствую. Но верю в твою интуицию.

– Не, точно – там кто-то есть. И оно сейчас смотрит в нашу сторону.

– Ну нет, это уже мистика какая-то!

– Да какая в ж… мистика! Ты что, не чувствуешь, что на нас кто-то смотрит?

– Хорош придуряться. Скажи лучше, что делать будем.

– По моей команде встаем и медленно идем к ложбине. Спокойно, медленно, без резких движений.

– Может, один будет прикрывать, один пойдет?

– Смысла нет.

– Почему?

– Да спалили нас, все уже, – с патологическим спокойствием резюмировал Разуваев. – Если враг – не уйти, по болоту шибко не разбежишься, на раз срубят. Так что вариантов нет. Раз-два – встали!

– Ой, б…! Чую, не то делаем…

– Пошли, пошли…

Мы вышли из-за елки и неспешно двинулись к ложбине. Не успели сделать и пяти шагов – в пятидесяти метрах спереди, из кусов, вывернулся какой-то чумазый крепыш и бросился к нам с радостным воплем:

– Командир!!!

– Леха Сидоров, – с огромным облегчением констатировал Разуваев. – Ну все, мамаша, – уродец будет жить…

Вслед за Лехой на свет божий выползли еще двое субъектов РФ, похожие друг на друга как братья-близнецы: упитанные товарищи с пивным брюшком, только один совсем лысый, в скорбно поблескивающих очках и засаленном тельнике, а другой – богато плешивый, в рыжей толстовке и бейсболке.

Ну вот и приплыли. Вот это непруха! Самые худшие мои опасения оправдались. А если точнее: оправдались двояко…

– Мужики, у вас мобила есть? – озабоченно спросил Леха, наскоро обнявшись с Разуваевым и пожав мне руку.

– У нас много чего есть, – барски осклабился Разуваев. – Ты давай рассказывай, как с объекта удрали. Позвонить всегда успеешь.

– Мужики, позвонить надо – просто до зарезу, – взгляд у Лехи блуждающий, кипит в нем смертельная озабоченность, правый глаз нервно подергивается. – Я одного человечка подставил так, что дальше просто некуда. Надо срочно поправлять это дело.

– Держи, – понятливый Разуваев без лишних слов протянул телефон. – А что это за подстава такая, если не секрет?

– Не секрет, – Леха, нервно дрожа пальцами, начал тыкать кнопки. – Так… Сейчас звякну, попрошу, чтобы его поискали, потом все расскажу. Я ж его номер не знаю, а тут буквально каждая минута все решает…

Глава 10

Сергей Кочергин

«С глаз долой – из сердца вон» – это как раз про нас, да не в бровь, а в глаз.

Насчет того, что неплохо было бы предупредить Глебыча о свалившихся на нас проблемах, вспомнили только поздно вечером седьмого сентября: после того, как разложили по полочкам рандеву с Гафаровым и раздали задачи на завтра по подготовке к судьбоносной встрече в верхах.

Нет, понятно, что кататься по захолустным донским станицам и искать Глебыча среди крепко пьяных казачьих компаний – перспектива для врага еще та. Но если существует вероятность, что могут искать, предупредить надо в обязательном порядке. А то получается, мы тут вовсю воюем, а он там – ни в одном глазу. Нехорошо.

Кроме того, телефоны мы поменяли, и теперь связаться с нами он не может. Надо это дело исправлять.

Иванов нашел в блокноте последний мобильный Глебыча, позвонил и в общих чертах обозначил проблему.

Глебыч был изрядно в тонусе: сказал, что прямо сейчас все бросает и немедля мчится на помощь. До нормальных дорог далековато – они сейчас сидят где-то в камышах, но есть катер, а в соседней станице можно угнать кукурузник, так что попасть к рассвету в Ростов – это не вопрос…

Иванову стоило большого труда уговорить нашего Вудичку оставаться на месте и ничего не угонять. Умная Лиза подсказала аргумент: мы в конспиративном режиме и появление Глебыча может «спалить» нас подчистую. Так что если не хочет оказать медвежью услугу, пусть занесет номер в память и продолжает сидеть в камышах. Взрывать пока что ничего не надо, так что справляемся сами. Ну а надумаем взрывать – непременно позовем.

Глебыч с такими доводами согласился, но был ужасно недоволен.

О том, что мы потеряли Ростовского, Иванов говорить не стал. Тут бы никакие доводы не помогли: все кукурузники были бы наши. А заодно и сломанные челюсти, простреленные колени и прочие прелести сугубо казачьих способов решения внезапно возникающих задач – вкупе с милицейскими протоколами и нездоровым вниманием органов правопорядка.

Приедет – скажем. А сейчас у нас и без того проблем хватает.