Читаем Триумфатор полностью

– Не дурак, сам догадается, – Петрушин был монументально спокоен. – Ты не отвлекайся, а то прозеваешь самое главное.

– Хорошо…

Иванову что-то сказали из «Мазды» – он склонился, прислушиваясь. Покорно кивнув, полковник обогнул машину, встал напротив правой передней двери и полез в барсетку. Видимо, его остановили – Иванов с готовностью поднял руки, сделал полшага вперед и даже выгнул спину.

Из оконного проема вынырнула рука и залезла в барсетку.

Иванов схватил эту руку, резко дернул ее на излом и, распахнув дверь, в одно касание выволок из салона бежевого товарища.

– Понеслась!!! – рявкнул я, съезжая вниз по шершавому стволу и обдирая в кровь руки и брюхо.

В тот момент, когда я прыгнул в машину, со стороны перекрестка раскатисто шлепнул первый выстрел.

До цели мы добирались невыносимо долго: секунд двенадцать или даже пятнадцать – от волнения опять забыл считать про себя.

За это время экипаж «Волги» успел выпасть из ступора, оценить ситуацию и принять фатально неверное решение: присоединиться к коллегам и вступить в бой.

Удирать им надо было, удирать! Зажигание, педаль в пол – и вперед…

На восьмом выстреле мы с маху поцеловали в левый борт не успевшую завершить разворот «Волгу» и, держа оружие на изготовку, разом высадились из обеих дверей.

– Тр-р-р! Тр-р-р! Тр-р-р!

Два «вала» наперегонки выплюнули по два десятка пуль, превращая стекла «Волги» в осыпающуюся сверкающим крошевом паутину.

Смена магазинов, двери настежь, контроль. Еще контроль…

Ребята наверняка бывалые и опытные – всем за тридцать, но… самое большее, что они успели, – это достать оружие.

– Минус три. Погнали…

Прыгнули в машину, проскочили к точке встречи.

Работы для нас здесь уже не было.

«Мазда» протекала кровью и бензином – кто-то из наших славных снайперов, то ли из вредности, то ли ненароком, пробил бак. Признаков жизни в салоне и рядом (двое успели выскочить) мы не наблюдали – обошлось без контроля.

– Минус три. Итого – минус шесть.

Иванов лежал на бежевом товарище, припечатав его к асфальту, от позиций к дороге бежали снайперы.

Метрах в двадцати от точки встречи, на обочине, растопырилась криво въехавшая в кювет «99-я» с распахнутыми дверьми. Водила и пассажирка – молодые люди едва за двадцать, вереща от страха и высоко вскидывая ноги, удирали в парк. Видимо, перспектива стать случайными свидетелями неожиданного происшествия им совсем не улыбалась.

– Оцепление. Звонок Валере, – распорядился Петрушин, перевешивая оружие за спину и доставая боевой нож. – Петрович?

– Норма. Ребята, вы… вы просто волшебники.

– Угу. Вася?

– Норма, – доложил слегка запыхавшийся Вася, пряча винтовку в салон и вынимая из багажника «вал». – Инфо?

– Угу, – Петрушин подошел к пленному и кивнул Васе: – Допрос, режим «Б».

– Отъедем или здесь? – деловито уточнил Вася, в свою очередь вытаскивая нож.

– Здесь. Времени в обрез. Потом – прибраться же надо.

– Хорошо.

Мы с Костей встали по обеим сторонам от места происшествия, в готовности остановить любой транспорт, я тут же позвонил Ростовскому, который нетерпеливо ждал команды у Ярославского шоссе, и сказал, чтобы он пулей летел сюда.

Петрушин с Васей оттащили пленного на обочину, подальше от дырявой «Мазды», уложили на спину и, молниеносным движением разрезав ремень, стащили штаны.

Пленный, как любой нормальный мужик, принял такое обращение близко к сердцу и рванулся всем своим коренастым организмом, желая смести и уничтожить гнусных негодяев. Негодяи одели его на колено, с разбегу совместили лицо с гравием – для верности повторили процедуру трижды и вернули в исходное положение.

Петрушин приставил к глазу поверженного острие ножа и слегка надавил. Вася – да простят меня дамы за вульгарность – натянул мошонку пленного на лезвие своего ножа и поддел. Но не слегка – кровь брызнула.

Пленный завыл дурным голосом и дернулся. Петрушин прижал его коленом, глубже вдавил нож в глаз и посоветовал:

– Дернись еще разок – останешься без глаза.

– И без яиц, – кровожадно добавил Вася.

– Мужики! – сипло крикнул пленный, сплевывая кровавое крошево из камня и зубов. – Мужики!!! Ну вы хоть спросите, что надо, – что ж вы сразу…

– Спросим, – пообещал Петрушин. – Петрович, можно.

– Я задам несколько вопросов, – сообщил Иванов, вставая на колено рядом с пленным и вынимая у него из карманов жилетки записную книжку, два телефона и КПК. – Отвечать быстро, не задумываясь, и только правду. Если мне покажется, что ты врешь, – они отрежут тебе яйца и выколют глаз. Понятно?

– Да! Мужики – вы бы…

Петрушин надавил чуть сильнее – Васе уже тянуть было некуда, он просто легонько подергал в разные стороны.

Пленный ломающимся от ужаса голосом крикнул:

– Да все, все – я понял!

– Где Лиза? Адрес?

– Калашникова, 12!

– Это где?

– Садовый участок – тут рядом.

– Схема проезда, ориентиры?

– По 4-й Парковой до упора, потом направо. Увидите, дом строят – котлован роют, следующая усадьба, через один двор.

– Дверь?

– Стальная. С сейфовским замком.

– Решетки на окнах?

– Да, да – есть решетки.

– Если стоять лицом к фасаду – в какой части дома сидит Лиза?

– Слева, в самой задней комнате. Это детская.