– Скажите, Синди, а ваш ухажер не дарил вам свою фотографию? Знаете ли, так принято у влюбленных.

– Мы ходили вместе в фотоателье и сфотографировались, – уныло сказала девушка. – Аксель заявил, что заберет снимки. Когда он не явился на свидание, а потом пропал, я сама сходила с это ателье. Владелец сказал, что мистер Ферсен забрал все отпечатки за три дня до нашего свидания, а заодно и выкупил негативы. Нет, у меня нет его фотографии, мистер Стин.

<p>Глава 7</p>

Я попытался осмыслить услышанное. Аксель Ферсен, будучи наездами в городе, познакомился с девушкой, вскружил ей голову, наобещал с три короба, а потом пропал, как утка в пруду, оставив только ровную гладь.

Ни телефона, ни адреса, ни фото. Вполне вероятно, что, развивая бизнес, парень заодно решил и поразвлечься. Потом бизнес провалился, и он уполз в свою дыру, где его наверняка ждала жена и несколько пухлощеких детишек. На брачную аферу это не было похоже. Мисс Чен была скромной работающей девушкой, лишившейся поддержки своей семьи, взять с нее было нечего. Но на всякий случай я спросил:

– Синди, а ваш ухажер не пытался выманивать у вас деньги? Или использовать ваши связи в диаспоре, чтобы познакомиться с какими-то влиятельными людьми в чайнатауне?

– Вы думаете, что Аксель был мошенником! Нет, нет и нет. Я не дурочка, и поначалу пыталась понять, что ему от меня надо. Не каждый шикарный парень решит вот просто так встречаться с китаянкой. Но он всегда платил в ресторанах. Дарил мне подарки, например, оплачивал новые платья и туфли, которые я не могла себе позволить. Я умоляла его не дарить мне ничего роскошного, чтобы другие девчонки в нашей квартире не заметили и не начали сплетничать. Он буквально насильно надел на меня свои часы, которые достались ему от отца. Сказал, что это залог нашей связи, что я теперь тоже часть его семьи. Когда я рассказала Акселю, что сбежала от своей родни из Сан-Франциско, он меня полностью поддержал. Я же говорила, Аксель обещал помочь мне устроиться на радио! Мистер Стин, я знаю, что вы думаете. Я сама об этом много думала в последние недели. Что Аксель просто развлекался со мной, а потом исчез, чтобы найти дурочку в другом городе, где у него будет новый бизнес. Но я уверена, что это не так. Вы не слышали наших разговоров, не понимаете, что лжецы не могут так себя вести. Я многое повидала в Лос-Анджелесе за три года, что живу тут. Знаю, как парни окучивают девчонок, чтобы затащить в постель. Я не девственница, мистер Стин, чтобы вы знали, – щеки Синди снова начали розоветь. – Я успела совершить много ошибок, пока не поумнела. Но Аксель… был другим. Я ему все про себя рассказала. И он сказал, что займется со мной сексом только, когда я сама буду готова. В тот вечер, когда мы договорились встретиться в «Желтой двери», я хотела сказать… хотела предложить ему…

Теперь я убедился, что кожа Синди может приобретать цвет спелого инжира.

– Я уверена, что с ним случилось что-то плохое, – откашлявшись, продолжила девушка. – Он не просто так исчез. Мы достаточно времени провели вместе, чтобы Аксель понял, что я предпочитаю правду. Если бы он просто позвонил и сообщил, что бросает меня, я бы как-то это пережила. Но неизвестность заставляет предполагать самое худшее.

Черта с два. Предположим, парня сбила машина, когда он направлялся к ней на свидание. Утешит ее это? Вряд ли. Она наверняка воображает себе, что если машина его и сбила, то не насмерть, а он просто потерял память и теперь лежит одинокий в бинтах в больнице в ожидании, когда она излечит его своим волшебным поцелуем. Хотя Синди вроде упомянула, что не любит кино, однако в театрах демонстрируют еще более завиральные сюжеты.

– Мистер Стин, у меня есть деньги, – сообщила Синди. – Я давно откладываю из зарплаты под ежегодный процент, как учил меня папа. Расходов у меня немного, так что я могу себе позволить ваши услуги. Пожалуйста, выясните, что случилось с Акселем. Я понимаю, что, возможно, уже слишком поздно к вам обратилась, но, пожалуйста…

Теперь она начала непритворно всхлипывать. Гэри под столом тихонько пнул меня носом в лодыжку. Псу по каким-то причинам понравилась новая клиентка.

– Синди, вы умеете рисовать? – спросил я. – Могли бы вы по памяти нарисовать портрет Акселя?

– Не уверена. Мама учила меня работать тушью по трафарету и каллиграфии, а еще у меня неплохо получались натюрморты, когда я записалась в школе на художественный факультатив. Учитель говорил, что у меня твердая рука. Но я никогда не рисовала людей с натуры. И уж тем более по памяти.

– Ничего страшного. Главное – не пытайтесь нарисовать фотографический портрет.