– А как в эту историю попала безобидная мисс Прескотт? Она же не была замешана… Черт возьми! – хлопнул я себя по лбу. – Часы! Я расспрашивал ее о часах Френка в церковном коридоре, пока вы были в зале собраний буквально за соседней дверью. Она сказала, что видела похожие, но не может вспомнить, где.

– Клаудия довольно быстро вспомнила. Ведь она видела их в моем кабинете, Хорошая была старушка, только не в меру любопытная, как всякая деревенская клуша. Она пришла ко мне тем же вечером после собрания. И спросила, могло ли так оказаться, что я одолжил свои часы Френку. Конечно, я все отрицал. Даже сдуру показал ей часы, чтобы убедить, что они все это время лежали у меня в столе. Глупость ужасная. Надо было сказать мисс Прескотт, что я давно их потерял. Позже я понял, что она будет болтать, растрезвонит об этом эпизоде по всему городу безо всякой задней мысли. И эта информация дойдет до вас… или еще до кого-то, кто будет искать Акселя Ферсена. Утром я поделился своими опасениями с Донной, когда она пришла помочь по саду. Мы знали, что каждый день в одно и то же время Клаудия ходит к источнику, чтобы набрать свежей воды. Донна сказала, что пойдет и поговорит с ней, вышла дворами к лесу через сад… Другие дамы даже не заметили ее отсутствия. Мне просто нужно было упомянуть, что она присутствовала на службе.

– Вы знали, чем закончится этот разговор?

– Конечно, нет! – возмутился пастор. – Я просто задумал небольшой… фокус, чтобы мы с Донной получили то, что нам причитается… Чтобы мы смогли реализовать свои мечты. Каждый заслуживает быть счастливым.

<p>Глава 55</p>

– Мой бог, и это наш пастор! – бушевал Хопи, когда мы приехали в его дом после завершения всех формальностей.

Наконец старый журналист воссоединился с заветной бутылкой из буфета.

– Он разве не понимает, что ему точно светит электрический стул? Соучастие в трех убийствах и похищении. А смерть Гарольда Лиделофа точно на его совести. Он поставлял парню наркоту, тут он не сможет свалить вину на Донну. Да они хотели убить ребенка!

– Зато триста процентов прибыли. Большие деньги ни за что.

– Меня бы такое не соблазнило. Все эти чертовы святоши в этом городе. Абель Темблтон тоже хорош. Ему что-то будет за то, что он сбил миссис Лиделоф?

– Не знаю… мы слышали его собственное признание. Но, с другой стороны, доказательств никаких нет, а Френк Андерсен уже был осужден и отсидел срок за этот наезд. Маленький Александр уже пережил ужасное испытание и лишился матери. Не уверен, что ему пойдет на пользу, если будут выдвинуты обвинения еще и против отца, в котором он души не чает.

– Ты забыл право, Дуг, – вмешался Монти, только что вернувшийся в гостиную и плеснувший себе виски. – По законам Калифорнии нельзя привлечь человека к ответственности за убийство по неосторожности, если прошло более трех лет с момента совершения преступления, и за это время ему не были выдвинуты обвинения.

– Значит, Абель Тимблтон отделается испугом? Ему даже вернут деньги за выкуп сына, – возмутился Хопи.

– Ну, репутация его точно пострадает. Как заметил Линк, в Колдуотере трудно что-то утаить. Может, городской совет избавится наконец от его диктата, в городе начнет развиваться туризм, и возникнет альтернативный бизнес. К тому же Абель так и не вернул себе двадцать пять тысяч, отданных Френку.

– Кстати, куда делись деньги? Может, Донна все-таки их забрала из ячейки и где-то припрятала. Жаль, что мы никогда не узнаем, что творилось в голове у этой девушки.

– Вот об этом я и хотел поговорить, – сухо сказал Монти. – Не о демонах Донны Темблтон, а о пропавших деньгах. Я ходил звонить мистеру Шустеру, рассказать, что надо подать ходатайство о снятии с Эвана Линя обвинений. Он сообщил радостные новости клиенту, мистеру Чену. Ведь это он оплачивал все счета. И мистер Чен признался, что спустя два дня после смерти дочери получил по почте пакет. Он был адресован на имя Синтии Чен, но отправлен по его домашнему адресу. Мистер Чен вскрыл пакет и обнаружил там…

– Пятьдесят тысяч долларов! – воскликнул я. – Видимо, девушка послала их отцу сразу, как только нашла деньги в ячейке. Она боялась хранить такие деньги в квартире. Вот почему она стремилась как можно скорее вернуться в Сан-Франциско и согласилась выйти замуж за Эвана. Наверное, Френк оставил ей в коробке с наличностью еще какую-то записку. На случай, если не вернется.

– Совершенно верно. Пятьдесят тысяч долларов, – досадливо продолжил Монти, расстроенный тем, что у него украли реплику. – Правда, никакой записки не было. Если она и была раньше, мисс Чен ее уничтожила. Так вот, вначале мистер Чен хотел заявить о находке в полицию. Решил, что это может указать на след убийцы дочери. Но потом он подумал… вот только не перебивай меня сейчас. Да, он подумал, что она могла ввязаться во что-то незаконное. Что бросит тень на репутацию всей семьи. И адрес на конверте был явно написан ее рукой. Так что он решил, что потратит эти деньги на защиту Эвана Линя. И он настаивает на том, чтобы выплатить нам с тобой щедрое вознаграждение.