Читаем Триста процентов полностью

Возможно, дело шло к разводу, но я чувствовал, что не в праве лезть в чужую жизнь. Мы встречались пару раз в неделю, страстно занимались сексом, потом с удовольствием беседовали, но мне даже в голову не приходило, что из этого может выйти что-то большее. У Аманды была своя работа, свои друзья, свой график. Она просыпалась в полдень, а ложилась спать намного позже полуночи. У нее были собственный шофер и кухарка, потому что ни готовить, ни водить машину она так и не научилась. Зато у Аманды была поразительная память, позволяющая ей запоминать на всю жизнь любую прочитанную информацию и лица людей, случайно увиденных на улице или на фотографиях.

– Думаю, тут явный пример схемы Понци, – в очередной раз решила она поразить меня своей эрудицией.

– Схемы чего?

– В 1919 году некий итальянский эмигрант Карло или, как он сам себя называл, Чарльз Понци основал компанию по торговле ценными бумагами. Всем вкладчикам он предлагал обогатиться на так называемой разнице курсов обмена международных почтовых купонов, таких сертификатов, которые можно послать вместе с письмом заграницу, чтобы твой корреспондент не тратился на марки для ответного письма, а просто обменял на них этот купон. Понци утверждал, что такие купоны, приобретенные в Европе, в Америке стоят дороже из-за разницы курсов валют. В целом так оно и было, тут он не обманул. Почта в мире тогда не имела единых тарифов. Чарльз Понци гарантировал 100% прибыль своим инвесторам уже через три месяца. Он даже публиковал статьи в газетах, где подробно объяснял, как работает его система.

– Так в чем была проблема? Получается, он занимался обычной спекуляцией. Наверное, у почтового ведомства к нему могли быть претензии, но если он нашел лазейку в законе…

– Ты не понимаешь. Этот купон нельзя продать. Его можно только обменять на эквивалентное номиналу количество марок.

– Но ведь можно продать марки…

Аманда посмотрела на меня, как на идиота. Видимо, мой разум и правда притупился от усталости за прошедший день.

– Ты представляешь человека, который сядет у здания почты и начнет торговать марками? Миллионами марок. Фокус заключался в том, что люди поверили в его схему и охотно несли ему деньги. В июле 1920 года Понци собирал по 250 тысяч долларов за день. Если бы он действительно приобретал на эти деньги купоны, то их должны быть столько, сколько не выпускали все почтовые ведомства вместе взятые.

– Так как же он выплачивал прибыль инвесторам?

– Все просто. Он платил старым вкладчикам из тех денег, что несли новые вкладчики. Так что это не было спекуляцией, Понци вообще ничем не торговал. Чем больше людей ему верили, тем больше он получал инвестиций, значит, мог выплачивать дивиденды и множить армию тех, кто считал, что это реальный способ заработать. Получался замкнутый круг. Даже когда в прессе стали появляться разоблачительные статьи, объясняющие, что на почтовых купонах нельзя обогатиться, многие продолжали доверять Понци – ведь деньги-то он выплачивал исправно.

– И чем все закончилось?

– Как и большинство мошенников, Понци подвела жадность. Если бы он вовремя свернул лавочку и скрылся с деньгами, ему все могло бы сойти с рук. Но он жил на широкую ногу, приобретал недвижимость, наслаждался своей славой. В конце концов им заинтересовались власти. Был проведен аудит. Только тогда выяснилось, что Понци вообще никуда не инвестировал, а просто платил по старым векселям новыми поступлениями. Его арестовали, а счета заморозили. Потом выслали на родину. Кстати, во время войны Понци работал на Муссолини.

– Ты считаешь, что Ферсен использовал ту же схему?

– Ну а на что это похоже? Мы знаем, что он не работал в «Коул Инвестментс Секюрити», использовал липовые документы. Тем не менее, он обещал баснословные прибыли и поначалу даже их выплачивал. Ни одна брокерская контора в Нью-Йорке не гарантирует стопроцентный доход за месяц или за два.

– Ну, если у него был партнер… который владел какой-то инсайдерской информацией…